Джо вытащил из кармана визитную карточку и написал на ней адрес.

— Она живет в пансионе на другом конце города, выходит очень редко, так что ты почти наверняка ее застанешь. Я сунул карточку в карман.

— Что ты скажешь, если мы сразу отправимся туда? У тебя есть время?

— Конечно, старина...

Эннет Ли жила в нижнем этаже дома из песчаника. Ее дохода едва хватало, чтобы прокормить себя и кошку, а ее единственным развлечением были события, происходившие перед окнами. Это была хрупкая, высохшая старушка. Целый день она сидела у окна в качалке и раскачивалась взад и вперед.

Люди часто недостаточно ценят стариков и их память. Конечно, их рассказы часто бывают бессвязными, они перескакивают с одной темы на другую, но в самой этой бессвязности таятся драгоценные крупицы фактов — вдруг они могут вспомнить такое, что у всех уже давно выветрилось из памяти.

Что касается Эннет Ли, то все связанное с Салли Девон она помнила довольно хорошо. Салли взяла ее к себе, когда та была больна и ей предстояла операция. Салли ухаживала за ней и оплачивала расходы, поэтому, когда ей, в свою очередь, понадобилась помощь, Эннет Ли охотно пошла к ней.

Я стал расспрашивать ее о прошлом Салли, но она молчала, подозрительно глядя на меня. У нее развязался язык только тогда, когда она поняла, что нам все известно. Оказывается, Салли недолго была танцовщицей. Она вскоре ушла с эстрады и перешла на содержание мужчин. Среди ее клиентов оказались непорядочные, и вскоре она попала в беду.

Эннет, конечно, знала Сима Торренса. Он ей никогда не нравился, но она должна признать, что он всегда хорошо обращался с Салли, их брак мог бы быть удачным. Она думает, что у Салли был комплекс вины по отношению к прошлому, и именно поэтому она начала пить.

Эннет Ли вспомнила и тот вечер, когда Салли умерла: на улице, на морозе. Это было очень печально. Эннет пыталась привести ее в чувство, но безрезультатно. Я спросил ее, не считает ли она, что Сим Торренс может иметь какое-то отношение к смерти Салли.

Эннет Ли изумленно посмотрела на меня:

— Как вам это пришло в голову?

— Меня просто интересует ваше мнение.

— Почему вы спрашиваете?

— Во всяком случае, Сью уверена в этом.

— Дочка Салли?

— Да.

— Чепуха. Она в то время была слишком мала, чтобы помнить что-нибудь.

— Возможно, — сказал я. — Но ее не переубедишь. Сначала она говорила, что Торренс виноват в смерти ее матери, потом утверждала, что это сделала змея.

Лицо Эннет застыло, а взгляд стал ясным и живым.

— Змея? Салли действительно говорила о змее всякий раз, когда бывала пьяна. Забавно, что вы вспомнили эту историю. Никогда не подумала бы, что маленький ребенок может запомнить подобные вещи... Да, Салли действительно говорила о змее. Но ее убила не змея. Она умерла посреди двора, прямо у меня на руках. Она замерзла, бедная девочка. Она была сильно пьяна и больна. Может быть, для нее это был лучший выход...

Она откинулась на спинку качалки и закрыла глаза. Длинный разговор утомил ее. Я подмигнул Джо, и мы встали.

— Благодарю вас, — сказал я. — Может быть, я зайду к вам как-нибудь еще.

— Пожалуйста.

Ритмическое покачивание качалки замедлилось, мы направились к выходу. Я уже открыл было дверь, но тут покачивание опять усилилось.

Эннет Ли сказала.

— Молодой человек...

— Да, мэм?

— Его так и не схватили?

— Кого вы имеете в виду?

— Того, кто удрал с деньгами. Очень большими деньгами. Дружка Салли...

Я подозвал Джо, и мы вернулись, закрыв дверь.

— С большими деньгами?

— Да, с тремя миллионами долларов. Кажется, его звали Конли. Блэки Конли. Довольно опасный тип. Он был хуже всех. Его поймали?

— Нет, не поймали.

Глаза старухи были закрыты, и она качала головой.

— Я так и думала. Он был ловкий малый. Я знала, куда он собирается поехать с этими деньгами.

— Куда, миссис Ли? — осторожно спросил я. Она не ответила. Она спала.

— Черт возьми! — сказал я.

Контуры картины начали проясняться...

Забросив Джо домой, я отправился к себе. Там меня ждала Вельда с известием, что Дел Пеннер действительно теперь прочно занимает то место, которое освободилось со смертью Кида Хэнда.

Я позвонил Пату, попросил его собрать для меня все сведения, касающиеся Блэки Конли, и отправил за этой информацией Вельду. Когда она ушла, я уселся за письменный стол и повернулся так, чтобы видеть в окно бетонное ущелье, называемое Нью-Йорком.

На улице медленно темнело, легкий туман повис над городом. Еще час, и опять пойдет дождь. Огни рекламы мерцали в воздухе, как отдаленные молнии; где-то выла полицейская сирена, потом ей стала подпевать вторая Сим Торренс предполагал, что Блэки Конли смог удрать. Ладно, допустим, так и произошло Допустим, он просидел все эти тридцать лет на мешках с тремя миллионами долларов. Он боялся их тронуть и не хотел обменивать из опасения много потерять на комиссионных. Он просто сидел и ждал. Ему пришлось ждать долго, чтобы убедиться, что полиция его больше не разыскивает. Но что в этом невероятного? Разве так уже не бывало раньше? Хэрмони Бразерс сорок один год сидел в обнимку с полумиллионом и только на смертном одре признался, где спрятал деньги. Фрэнки Бойл шестнадцать лет скрывал в своем матрасе семьдесят тысяч долларов. Каждую ночь он засыпал на нем мертвым сном и не тронул ни одного цента. Он сошел с ума, когда в пансионе, где он жил, случился пожар, обратив в пепел все его неосуществленные желания.