— Почему бы тебе еще раз не позвонить Пату? Может быть, им удалось что-то найти.

— Мне не хочется его подгонять.

— Думаю, он не будет возражать.

Мы встали и разыскали телефонную кабину, было три часа ночи, но Пат все еще сидел на работе. Полиции так и не удалось разыскать конторские книги Хови Грина, но у них было нечто другое.

— Мы взяли одного из бывших гангстеров, — сказал Пат. — Он прибыл из Детройта. Наш агент застукал его с наркотиками и арестовал. Мы ждем, когда он расколется. Его боссы не хотят иметь ничего общего с контрабандой наркотиков. Поэтому, если они узнают о том, что он принимает героин, это будет для него равносильно подписанию собственного смертного приговора. Теперь он выпрашивает защиту у полиции.

— Что он рассказал?

— Теперь мы знаем, зачем гангстеры съехались в Нью-Йорк. Кто-то собрал информацию о крупных боссах, когда-либо провинившихся перед гангстерским синдикатом, и начал шантажировать их. Они были вынуждены одолжить этому человеку самых лучших своих людей, из которых он собирается создать новую банду.

— Странно, что рядовому гангстеру все это известно.

— Ничего странного в этом нет. В этих кругах ничто долго не остается тайной. Держу пари, что другие гангстеры, если мы их возьмем, расскажут то же самое.

— Ты ведь говорил, что они не сделали ничего противозаконного.

— Ну, может быть, нам удастся их немного запачкать... в интересах правосудия, конечно.

— Иногда это единственный путь. Но скажи, Пат, кто мог изобрести такой план шантажа? Наверняка это парень с головой.

— Кто-то это сделал.

— — По-моему, самая подходящая кандидатура — Блэки Конли, — сказал я. — Он мог не пожалеть на это пары долларов из своих трех миллионов. И у него было время и хорошая голова на плечах, чтобы все обдумать.

— Теперь мне тоже так кажется.

— Как насчет жены Малека?

— Подожди минуту. — Пат отложил трубку, справился у кого-то и опять взялся за трубку. — Я только что получил сообщение от одного полицейского на пенсии, с которым мы поддерживаем контакт. Он припомнил, что в свое время Малек встречался с одной девушкой, но он не знает ее адреса. Вторая жена Малека как-то заявила в полицию, что эта девушка — проститутка. Но удалось выяснить, что это была просто месть ревнивой женщины. К сожалению, старик не помнит адреса.

— Черт возьми!

— Мы попробуем поискать. Куда ты направляешься?

— Домой. Я устал.

— Тогда до завтра, — сказал Пат.

Я повесил трубку и посмотрел на Вельду.

— Никто не может выяснить, где Малек проводил свободное время, — сказал я.

— Посмотри в телефонной книге, — сострила Вельда.

Подумав, я кивнул:

— Возможно, ты права, детка.

— Но я просто пошутила, Майк. Я покачал головой:

— Пат только что сказал мне, что у него была вторая жена Малека. Значит, была и первая. Давай посмотрим.

В телефонной книге было шестнадцать Малеков, и я приготовил шестнадцать монет, чтобы их всех обзвонить. От тринадцати Малеков я получил самые разнообразные ответы — от приглашения поразвлечься до пожелания провалиться ко всем чертям, но все это были не те Малеки. Наконец, на четырнадцатый раз, мне ответил дрожащий женский голос. Да, ее зовут миссис Малек и она была замужем за Квинси Малеком. По ее мнению, это не слишком подходящее время для визита, но если дело обстоит так серьезно, как я говорю, то нам можно приехать.

— Мы кое-чего добились, детка, — сказал я Вельде.

— Ты позвонишь Пату?

— Нет, сначала я хочу все выяснить сам...

Такси довезло нас до угла Восьмой авеню и Сорок девятой улицы. Вельда нашла нужный номер дома, и мы вошли в подъезд.

Миссис Малек жила на втором этаже. Дом был старый, на лестнице пахло жареной рыбой, но там наконец нас ждала развязка всей истории.

Дверь нам открыла миссис Малек — накрашенная Старуха в старомодном пестром халате. Ее волосы были закручены на бигуди и покрыты косынкой.

Я представился, она улыбнулась в ответ и пригласила на кухню, где стала заваривать чай. Нам с Вельдой пить не хотелось, но отказываться было неудобно. Только приготовив и подав чай, миссис Малек спросила, что нам нужно.

— Миссис Малек, — сказал я, — дело касается вашего мужа.

— Он уже давно умер.

— Знаю. Мы разыскиваем то, что он оставил после себя.

— Но он мало, очень мало "оставил. То, что он оставил, я давно потратила и живу теперь на ренту.

— Мы разыскиваем деловые бумаги, которые могли остаться от него.