— Или вы мне заплатите, или Картер умрет.

— Я не люблю, когда мне грозят.

— Этого никто не любит. Если вы ответите «нет», я убью вашего мистера Картера, а потом отправлюсь за вами. Если ваш приятель из Флориды ответит «нет», я убью вас и отправлюсь к нему.

— Ты не можешь воевать с организацией, кретин!

— Да или нет!

Паркер ждал, глядя в пространство и слушая хриплое дыхание на другом конце провода. Наконец сердитый голос прохрипел:

— Ты пожалеешь об этом. Тебе не уйти от нас.

— Да или нет?

— Нет.

— Подождите секундочку.

Паркер положил трубку и начал обходить стол. Мистер Картер заморгал, потом бросился открывать средний ящик. Он успел открыть его, но рука Паркера первой схватила револьвер.

Картер вскочил со стула и попытался вырвать револьвер у Паркера, но тот прижал дуло к его животу, чтобы смягчить звук выстрела, и нажал на курок.

Мистер Картер сел на стул, потом соскользнул с него, ударился головой о стол и упал на пол.

Паркер положил револьвер и взял трубку.

— О'кей, — сказал он. — Картер мертв. Я знаю ваше имя и номер телефона. Через пять минут узнаю ваш адрес. Через двадцать четыре часа вы будете у меня в руках. Да или нет?

— Через двадцать четыре часа ты будешь трупом! Ни один человек не может грозить организации.

— До встречи, — бросил Паркер.

Когда Джастин Фэйрфакс вошел в свою квартиру на Пятой авеню, с ним были два телохранителя, но у обоих руки были заняты чемоданами. В гостиной их встретил Паркер с револьвером мистера Картера.

— Не ставьте чемоданы на пол, — попросил он.

Фэйрфакс пребывал в плохом настроении. Ему пришлось прервать отпуск во Флориде, очевидно, по какой-то пустяковой причине. Он сердито посмотрел на Паркера и строго спросил:

— Кто вы? И что все это значит?

Телохранители, которым платили деньги не за то, чтобы они совершали глупые героические поступки, продолжали стоять с чемоданами в руках.

— Это из-за меня вас вызвали в Нью-Йорк, — объяснил Паркер. — Подойдите к софе. Держите руки так, чтобы я мог их видеть.

— Вы Паркер?

— Подойдите к софе.

Фэйрфакс осторожно подошел к софе, не сводя глаз с лица Паркера. Перед ним стоял человек, бросивший вызов организации, и он хотел знать, как выглядит этот смельчак.

Паркер приказал телохранителям повернуться, не выпуская из рук чемоданов. Они были профессионалами и повернулись, зная, что произойдет, если они ослушаются. Напряглись, вжали головы в плечи.

Паркер перехватил револьвер за дуло и дважды взмахнул им. Телохранители упали, чемоданы с глухим стуком ударились об пол. Фэйрфакс дотронулся до усов, словно проверил, на месте они или нет.

Это был высокий, солидный мужчина с сединой на висках. В его аккуратно подстриженных усиках тоже белели седые волосы. Он был похож на стареющую кинозвезду или на владельца казино. Ему было не меньше пятидесяти пяти лет, и он, несомненно, проводил немало времени в гимнастическом зале.

Паркер вновь взял револьвер за рукоятку и показал на телохранителей.

— Тащите их в спальню.

Фэйрфакс задумчиво дотронулся до усов и возразил:

— Это вам ничего не даст, Паркер.

— А я думаю, что даст. Хотите получить пулю в колено?

— Нет.

— Тогда тащите их в спальню.

Ребята оказались тяжелыми, и к тому времени, когда Фэйрфакс затащил их в ближайшую спальню, он хрипло дышал и выглядел на свои пятьдесят пять. В замке не оказалось ключа, поэтому Паркер потребовал, чтобы он дал ему ключ.

— Ключ есть только от двери в чулан, — ответил Фэйрфакс.

— Достаньте его. Вытащите из розетки телефонный шнур и все провода.

— Это лишнее. У меня переносной телефон. — Он вытащил телефонный шнур из розетки, показал Паркеру. — Во всех комнатах есть розетки для телефона.

— Возьмите телефон с собой.

Паркер уже знал, что пожарная лестница находится у окна другой спальни.

Он заставил Фэйрфакса запереть дверь, и они вернулись в гостиную. Паркер велел хозяину сесть.

— Не понимаю, что вы здесь делаете, — удивился Фэйрфакс, садясь. — Я думал, вам нужен Бронсон.

— Я не настолько глуп. Здесь есть телефонная розетка?

— Да.

— Вставьте в нее шнур. Позвоните и скажите, что он мне должен сорок пять тысяч долларов. Или он мне заплатит, или в Нью-Йорке некому будет представлять интересы синдиката.