Солидной мастью Варяг прикрылся, ничего не скажешь.

– Тебя устраивает такая компания? – повторил смотрящий.

– Вполне.

– Значит, договорились.

– У тебя еще что-то ко мне есть? – спросил Филат, почувствовав, что Варяг не торопится заканчивать беседу.

Тот вытащил портсигар и достал сигарету, тем самым давая понять, что разговор не завершен.

– Есть. Пойми меня правильно, Роман, – Варяг впервые назвал его по имени. – Я не в свои дела не люблю лезть. Но люди разное о тебе говорят – в Питере у тебя какая-то девица завелась… Ты, конечно, волен поступать как знаешь, но смотри не лопухнись. Если она тебя ждет там – хорошо. Я по своему опыту знаю, что, когда есть постоянная баба да еще дети… это хорошо. Для дела хорошо. Гуд фор бизнес, как говорят в Америке. Может быть, стоит тебе там семью завести, в Питере, коли ты там осядешь надолго. Это, может быть, даже и к лучшему. Одно учти: женщину надо тщательно проверить. И если вдруг, не дай бог, окажется, что она замазана… двойную игру ведет… ее придется… Ну, в общем, ты меня понял?

Вот она, плата за место смотрящего! Однако на лице Филата ни один мускул не дрогнул.

– Я понял, Владислав Геннадьевич. Варяг надавил большим пальцем кнопку, и стекло, разделяющее пассажирский салон, поползло вниз. Филат распахнул дверцу.

– И еще вот что, законные просили не затягивать с Гавриловым.

– В Питере сейчас Сержант, я слышал… – неуверенно начал Филат. – Для такого дела Сержант подошел бы лучше всего.

Варяг мрачно покачал головой:

– Нет, Роман, Сержант мне сейчас в Москве нужен. У меня проблемы возникли личного характера. Сержант должен пока со мной побыть… Ты должен заняться им сам.

Филат слегка качнул головой:

– Я подберу нужного человека. Он вышел на воздух. Дверца мягко, почти бесшумно, захлопнулась.

В кабинет генерального директора Госснабвооружения бесшумно вошел Слон и застыл в дверях, не решаясь без приглашения хозяина двинуться дальше. Он ждал, когда Варяг обратит на него внимание, но тот сосредоточенно читал какие-то бумаги в толстой папке.

Наконец Варяг поднял взгляд на вошедшего:

– Здравствуй!

– Здравствуйте, Владислав Геннадьевич.

– Сейчас Филат подъедет. Он мне про тебя рассказывал, хорошего о тебе мнения. Но без него разговор не состоится. Пусть поприсутствует.

Слон молчал. Он впервые видел смотрящего России так близко и потому немного робел.

– В другой город придется ехать? – наконец выдавил он, смущенный затянувшимся молчанием. Варяг задумчиво кивнул:

– В Петербург. Ты там бывал?

– В детстве, – улыбнулся Слон. – С тех пор ни разу. Варяг закрыл папку с документами и отложил в сторону.

– К сожалению, тебе там задержаться не удастся. Выполнишь дело и сразу назад. На все про все у тебя будет час-два, не больше. Так что на осмотр Эрмитажа надеяться нечего.

Тут в кабинет, постучав, вошел Филат.

– Я не опоздал, Владислав Геннадьевич – заметил он и постучал пальцем по часам.

– Все в порядке, Филат, – махнул рукой Варяг. – Значит, так: поедете в Питер вдвоем. Возьмешь с собой еще Данилу. Я только что Слону сказал: там не тусоваться, только туда и обратно. Филат, ты проследишь, чтобы дело было сделано как надо. Надеюсь, прокола не будет?

Филат энергично помотал головой:

– Не будет.

– Когда Слон дело сделает, – продолжал Варяг, – ты мне отзвонишь, доложишь. Сам, смотри, не вляпайся в историю. Стой в сторонке. Тебе теперь в Питере сидеть, так что по пустякам с ментами не связывайся. Если вдруг что случится непредвиденное, – тут Варяг серьезно глянул на безмолвного Слона, – повяжут твоего снайпера или, не дай бог, пристрелят… ты его не знаешь, видишь в первый раз в жизни, понял? Никаких свидетельских показаний, никаких приводов!

– Варяг перевел взгляд на Слона. – Жизнь – суровая штука. Слон, так что не обижайся. Если попадешь к ментам в лапы – за собой Филата не тяни. Иди на цугундер один. А попадешь на нары – там тебе верные люди помогут. Ну, все. – Он встал и вышел из-за стола. Подошел к Слону и похлопал по плечу:

– Удачи тебе! – Потом протянул руку Филату:

– И тебе успеха, смотрящий!

Михалыч не сидел, как обычно, в кресле, а лежал на диване, прикрывшись стареньким пледом. Судя по его потухшим глазам, старику было совсем худо. Филат узнал о болезни старого вора еще вчера, а сегодня, после напутственного разговора с Варягом, решил приехать в Серебряный Бор проститься со стариком. В глубине души Филат опасался, что, возможно, скоро придется возвращаться из Питера в Москву по печальному поводу-в черном костюме…

Михалыч приподнялся на локте и тут же бессильно уронил голову на подушку.

– Вот пришел, Михалыч, попрощаться… – начал Филат.

– Хорошо, Рома, что пришел. Проходи, садись. – Старик проследил взглядом, как гость придвинул кресло к дивану и сел. – Господи, Рома, как смотрю на тебя, так все время вспоминаю твоего батю. Даже улыбаешься ты точно так же, как он. Ты же знаешь, мы с твоим отцом были не разлей вода. Чалились вместе, после зоны в одной семье были. Я тебе вот что хочу сказать… Я тебе никогда не рассказывал об этом, слишком тяжело был вспоминать, но я был свидетелем его гибели…