Шрифт:
– Послушай, Семен, неужели ты забыл, что всем обязан только мне! Не будь меня, ты бы до сих пор в своей воинской части красным уголком заведовал!
– Вот что я давно хотел тебе сказать, Яша, да как-то все не подворачивался случай. Ненавижу я тебя вместе с твоей обо мне заботой! И мне очень приятно сознавать, что ты так и сдохнешь со спущенными штанами.
– Семен…
– Спектакль закончился, полковник, – усмехнулся Хруль.
Он поднял руку, и «глок» трижды выстрелил. Раздались негромкие хлопки, как будто кто-то закрыл дверцу автомобиля. Баринов рухнул на колени и растянулся на земле, уткнувшись лицом в прелую хвою.
Пауза затянулась. Начальник городского управления внутренних дел генерал-лейтенант Лысенко постукивал пальцами по краю стола, выбивая нервную дробь. Решение давалось ему нелегко.
– Здесь не может быть ошибки. Сам понимаешь, такое дело… непростое, если что, хлопот потом не оберешься – все-таки сын Гаврилова.
– Никак нет, товарищ генерал-лейтенант, у меня кроме данных оперативной разработки имеются видеозаписи службы наружного наблюдения, результаты криминологических экспертиз. Сомнений нет. По крайней мере, три эпизода ему лично инкриминировали.
Генерал понимающе качнул головой:
– Да ты садись, Жарков, чего вытянулся, как солдат-первогодок, слава богу, уже майор!
– Спасибо, – произнес Гриша Жарков и опустился на предложенный ему стул.
Генерал– лейтенант Лысенко взял со стола увесистый рапорт Жаркова и принялся его листать.
– Здесь у тебя все имеется?…
– Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Факт за актом. В разработку он попал еще в прошлом году. Как вы знаете, операция была секретная и проходила под кодовым названием «Корона».
– Помню, помню, – отмахнулся генерал. – Только никак не предполагал, что наша операция может зайти столь далеко. Значит, из всего этого следует, что организатором нашумевших убийств был руководитель «Петротранса» Андрей Антонович Гаврилов?
– Точно так, товарищ генерал-лейтенант.
– Я наслышан, Жарков, о твоей дотошности, знаю, как ты умеешь рыть землю носом, иначе не поддерживал бы тебя и не выдвигал… Но ты хоть понимаешь, чем то пахнет? Гаврилов – фигура очень серьезная. Если то не так, твоя голова полетит в первую очередь. А моя – во вторую. Ну я-то ладно, свое уже отслужил, а тебя ведь без содержания могут и пнуть, да еще волчий билет в задницу воткнут.
Генерал по-отечески посмотрел на молодого майора, и тому вдруг стало ясно, что мягкая, интеллигентная внешность Лысенко обманчива: откроет генерал пасть и проглотит любого, даже не поперхнувшись.
Григорий Алексеевич выдержал суровый взгляд и произнес с достоинством:
– Ошибки быть не может. Скорее всего, ошибся наш мэр, давший зеленый свет такому проходимцу.
– Вот ты куда метишь! – крякнул генерал. – Ладно, кроме меня, тебя никто не слышит, а я свой человек. Несмотря на внешнюю мягкость и обходительность, Характер у генерал-лейтенанта был по-настоящему бойцовый. День без боя он считал напрасно прожитым, и, как правило, жертву себе он выбирал крупную – пол стать своему калибру. Что касается Андрея Антоновича Гаврилова, то Лысенко давно уже к нему примеривался – не терпелось ему схватить этого папенькиного сынка за нечистую руку да и вести к стенке… Генерал за тридцатилетнюю милицейскую карьеру слопал не одну дюжину больших начальников, которые воровали по-крупному Свои блистательные победы он описывал в блокноте Примерно таким же образом поступает снайпер, делая после всякого удачного выстрела зарубки на прикладе.
– Ты знаешь, что службу я начинал в Комитете госбезопасности? – неожиданно спросил генерал Лысенко Жаркова.
– Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Я даже слышал, что вас направили во внутренние органы для усиления…
– Хм, оказывается, тебе многое известно. Да что тут скрывать, – махнул рукой Лысенко, встал и прошелся по кабинету. Сейчас он напоминал могучего зверя перед решающим поединком. Теперь оставалось только задрать голову кверху, понюхать воздух и убедиться, что враг рядом.
– Ты чему это улыбаешься? – недовольно бросил он Жаркову.
– Да так, подумал, что вы ведь так же, как и я, хотите его прижать!
– Ошибаешься, майор, – укоризненно произнес Лысенко. – Не так же, как и ты. Больше! Гораздо больше! Всю эту номенклатурную сволочь я не терплю еще со времен службы у Юрия Владимировича. Теперь ответь мне: ты уверен, что не было утечки и операция пройдет абсолютно тайно?
– Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Об истинном положении дел будет знать только мой заместитель Крылов, а он парень надежный. Остальные даже и не догадываются.
– Хорошо. Очень хорошо, – генерал Лысенко уселся за свой длинный стол. – Как думаешь действовать?
– Мне понадобится большая группа. Десять крепких ребят. Милицейский уазик.
– Я тебя понял. Значит, просишь моего благословения, Григорий Алексеевич?
– Именно так, товарищ генерал-лейтенант. – Жарков поднялся, понимая, что разговор перешел в завершающую фазу.
– Что ж, даю тебе все полномочия. И смотри у меня, если упустишь этого карася, отправлю постовым на перекресток! – серьезно пообещал Лысенко.? Сделаю все, как надо, – так же строго ответил парков, отчетливо осознавая, что генерал в случае неудачи обязательно сдержит свое обещание.