Шрифт:
Гаврилов только угрюмо усмехнулся:
– А какие тут могут быть инструкции? Селезня нужно немедленно убрать. И еще вот что: весь наш личный состав проверить на вшивость. Тех, кто внушает хотя бы малейшее подозрение, нужно безжалостно отсекать!
– Дело в том…
– Меня совершенно не интересует, как вы будете это делать. В конце концов вы все-таки профессионал. Не доверять никому! Не исключено, что кто-то из наших ведет двойную игру. Я не хочу, чтобы Филат или кто другой раньше времени узнал про изменения в графике проведения тендера. Вопросы есть?
Баринов с Хрулем переглянулись.
– Нет.
– Ну и отлично. И еще вот что: я не исключаю того, что московские попытаются сорвать торги. Поэтому все ваши усилия должны быть направлена на то, чтобы не допустить никаких эксцессов. Разведка и контрразведка должны работать на пределе возможностей. Если мы проиграем конкурс, то проиграем и войну с московскими бандитами. Не знаю, как вы, но я привык побеждать. Какие у вас будут предложения по этому вопросу?
– Я располагаю достоверной информацией, что в случае неудачи московские бандиты могут устроить теракт – взорвать здание горкомимущества, уничтожить документацию и тем самым отменить результаты тендера по «Балторгфлоту», – громко произнес Хруль, хотя вопрос Гаврилова был обращен не к нему, а к начальнику службы безопасности.
Баринов подумал о том, что, оказывается, плохо знает майора, а их совместная работа на хозяина не сблизила их, а, наоборот, развела к противоположным полюсам. Ну каков ловкач!
Хруль в последнее время несколько замкнулся и теперь совсем не напоминал того разбитного майора – любимца части, каким он некогда был. Хруль выполнял какие-то особые распоряжения Гаврилова, о которых Баринов даже не подозревал. И невольно создавалось впечатление, что бывшему майору шеф доверяет куда больше, чем начальнику службы безопасности.
– Все это записано здесь, на пленке… – Хруль кивком головы указал на кассету, которую Гаврилов держал в руках.
– На этот раз желательно будет действовать в тесном взаимодействии не только с вневедомственной охраной, но и с милицией, – торопливо заговорил Баринов, желая перехватить инициативу и оттеснить проныру-Хруля от уха шефа. – И вот что еще. У меня есть предложение… все-таки убрать Филата.
Гаврилов задумчиво мотнул головой.
– Да, полковник, ваш снайпер оказался не из чемпионов… Как же это он умудрился промазать!
Начальник службы безопасности развел руками.
– Джип ехал на большой скорости, да кроме того, там откуда ни возьмись вылетела собачонка из подворотни, водитель вильнул, и пуля прошла по касательной… Но я берусь исправить дело. Можно применить вариант Тетерина…
Хозяин яхты одобрительно кивнул:
– Действуйте. Но чтоб сейчас без срывов. А с ментами я как-нибудь договорюсь. В зал будут допущены только те, кого мы укажем в списке конкурсантов, – и он потряс листками бумаги, полученными от Баринова.
– Сделаем все, что сможем, – поддакнул Баранов. – Наши люди будут дежурить в радиусе нескольких кварталов от того места, где будет проходить аукцион. Мне кажется, неплохо бы продумать еще одну деталь…
– Какую?
– Наши люди должны быть одеты в милицейскую форму. Это даст им возможность действовать по обстановке – вплоть до применения оружия.
Андрей согласился и на это предложение.
– Не проблема. Сделаем. А теперь все.
Гаврилов поднялся, красноречиво дав понять, что аудиенция окончена.
Одна из стенных панелей неожиданно сдвинулась в сторону, и из смежной каюты вышли все те же любезные парни. Один из них, чуть улыбнувшись гостям, указал ладонью на выход.
Впрочем, последнее было лишним: Баринов с Хрулем уже уверенно направились к двери. Громко стуча каблуками по палубе, они поспешно направились к трапу.
– Ты заметил, какие у него в баре напитки? – вполголоса спросил Хруль. – Предложил бы хоть…
– Ладно, переживем, – безразлично отозвался Баринов, думая о чем-то своем.
Глава 23
На столе стопкой лежали четыре видеокассеты. С первого взгляда можно было предположить, что это пиратские копии каких-нибудь зубодробительных боевиков или порнухи: коробки были оклеены белой бумагой, на которой виднелись короткие надписи мелким почерком. Но это было обманчивое впечатление. На видеокассетах были запечатлены эпизоды из жизни ряда высокопоставленных чиновников Петербурга, причем в те моменты, когда они находились вдали от вездесущих фото-и телеобъективов и были (как им думалось!) предоставлены сами себе.