– Неля, возьми сына, - распорядился Рюрик, - и посиди с ним в комнате свиданий, а мы с Роном побеседуем.

Мне показалось, что теперь Неля уже не посмеет коснуться сьша. Так и вышло. Она первая пошла к двери, а мальчик нехотя поплелся за ней, опустив голову, ни на кого не глядя. Он ждал, когда все это кончится.

– Почему вы держите ее здесь, если она практически здорова?
– спросила я, когда дверь за ними закрылась.

Рюрик достал большую конторскую книгу.

– Вот, смотрите. Наш запрос ее братьям в Горно-Алтайск. Мы предлагали, чтобы братья забрали ее к себе. Ответ: самим жить не на что. Нелю нельзя выписать, некуда. Нет у нее дома. И в Англию тоже нельзя: она ведь российская гражданка с просроченной визой. Вы на три дня приехали? Если хотите, я отпущу Нелю с вами в город. С условием, что вы мне ее обратно привезете, перед отъездом. Пусть пообщается с сыном: мать все-таки.

– Нет, нет, не надо. Ради бога, не говорите ей об этом. Она разволнуется, будет плакать. Мы ведь живем в гостинице, возвращаемся поздно, у нас большая программа.

– А вы ей из еды ничего не привезли? Конфеток, печенья? Кормят у нас так себе.

– Не подумали. В следующий раз - обязательно. Ну, нам пора. Машина ждет. Спасибо.

– Да не за что. Это наша работа. Сейчас мальчика приведут.

Когда мы вышли в парк, уже стемнело. В десяти шагах я увидела лошадь, которая бесшумно везла телегу. На телеге стояли два больших бидона, на них потекшей краской было написано: "Третий корпус", "Пятый корпус". Держась за края телеги, шагали два гражданина в синих балахонах, у одного шея была обернута вафельным полотенцем. Это развозили ужин больным. Лошадь повернула в боковую аллею, и видение исчезло.

На обратном пути отец с сыном вполголоса переговаривались, но мне с переднего сидения не было слышно, о чем. Такси довезло нас до гостиницы. Рон и Виктор пошли в спортивный магазин. Я, получив гонорар, отправилась домой и стала под душ. А Неля из пятого корпуса, наверно, закончила ужин, который ей привезла тихая лошадь, и легла спать, потому что в восемь вечера в больнице гасили свет.

ВЫБОР РОССИИ

Светлана работала библиографом в центральной библиотеке, сидела в углу за столиком. До этого три года оттрубила в новых поступлениях. Дальнозоркий взгляд читателя, оторвавшегося от ученых записок, блуждая по стеллажам, натыкался на Светлану, но не задерживался на ней. Худенькая, бесцветная, незамужняя.

Жила Светлана с мамой в очень тесной, но своей, своей однокомнатной квартире. Семьи в таких условиях не создать, но ведь и мама не вечна... Один блондин, с утра до вечера торчавший в читальном зале, нравился ей, но он никогда не обращался к библиографу - сам знал, что брать и где. Подходили в основном пишущие диссертацию. Светлана могла бы написать научную работу "Психологические типы любителей ученых степеней". Про молодых соискателей она думала так: только институт физкультуры окончил, а уже строчит про роль замаха при броске по кольцу, чертит диаграммы. Встретишь такого в лесу - испугаешься: чистый гамадрил. А ведь защитит. И профессором станет.

Пожилой тоже не встречал у Светланы сочувствия: туда же, спохватился. Раньше надо было думать. "Гипербола в лирике Лучезара Пипкова". Кто сегодня про это читает? Только сам Пипков, сидя на Солнечном берегу и потягивая "Монастырскую избу".

С заведующим межбиблиотечным абонементом Долинским Светлана столкнулась в комнате для курения.

– Что вы, Юрий Зиновьевич, такой невеселый?

– Ох, Светлана, я на пределе, валюсь с ног: баллотируюсь в местное самоуправление.

– Господь с вами. Зачем вам это нужно?

– Значит, нужно. Вы бы не иронизировали, а помогли. Мне нужен наблюдатель в избирательную комиссию.

– За кем наблюдать?

– Чтоб без подтасовок, без жульничества, особенно, когда будут подсчитывать результаты.

– Неужели подтасовывают?

– Вы как маленькая. Не будьте наивной. Ну как, поможете? Вам заплатят.

– А что, приду. Мать честная, так это же послезавтра!

На избирательный участок Светлана пришла в десять утра, предъявила бумагу с печатью, села на стул и начала наблюдать.

Стать депутатами могли пять человек, а хотели - восемнадцать. На столах лежали брошюрки с жизнеописаниями кандидатов и с их фотографиями.

Глазычев Даниил Степанович

Прошел путь от продавца до директора магазина секонд хэнд "Второе дыхание". Женат, дочурка Женевьева ходит в детский садик.

Предвыборная программа:

– добиться озеленения мест для выгула собак,

– переоборудовать чердаки в клубы для ветеранов, имеющих хобби, подвалы - в спортзалы для подростков, состоящих на учете.

Грызодуб Наталия Никитична

В шестнадцать лет, когда враг стоял у ворот любимого города, с оружием в руках ушла в лужские леса. По возвращении в Ленинград поднимала город из руин, восстанавливала хозяйство.

Не создав своей семьи, все силы и умение отдает работе в Совете ветеранов жилконторы. В настоящее время работает в регистратуре стоматологической поликлиники.

Предвыборная программа:

– бороться за раздельный сбор мусора из мусорных баков,

– на лестничных площадках оборудовать места для отдыха жильцов с сердечнососудистыми заболеваниями.