– По некоторым причинам у меня не возникает уверенности, что вы не решили причислить меня к своему штату.

Хабльят сделал протестующий жест.

Джо секунду-другую разглядывал его, затем сказал:

– Вы прикончили своего соотечественника, вы сбили с ног товэрча в комнате его дочери – и вдруг оказывается, что ко всему этому я имею непосредственное отношение. По-моему, налицо заранее подготовленный и осуществленный вами план…

– Ну-ну… – пробормотал Хабльят.

– Могу ли я и далее полагаться на вашу порядочность? – вежливо осведомился у менга Джо.

– Конечно. Во всех отношениях. – Хабльят теперь был крайне предупредителен.

Тогда Джо потребовал с наглостью и без надежды на успех:

– Отвезите меня в порт. Посадите меня на пакетбот, который улетает сегодня рейсом на Балленкарч…

Хабльят кивнул, задумчиво подняв брови:

– Весьма резонное предложение. И сделано оно в такой форме, что я не могу вам отказать. Вы уже готовы к вылету?

– Да. Готов.

– И у вас имеется необходимая сумма?

– Жрица Ильфейн и Манаоло дали мне пять тысяч стиплей.

– Ха! Вижу, они были очень озабочены.

– Это было заметно.

Хабльят бросил на Джо цепкий взгляд:

– В вашем голосе чувствуются подавляемые эмоции.

– Друид Манаоло постарался вызвать у меня отвращение.

– Ха! – опять сказал Хабльят, быстро подмигнув Джо. – А жрица Ильфейн, надо думать, постаралась вызвать у вас противоположное чувство, так? Ах, молодость, молодость! Если бы я мог вернуть назад юность, как бы я наслаждался!

Джо отчетливо произнес:

– В мои планы на будущее не входят ни Манаоло, ни Ильфейн.

– Лишь будущее может это показать, – выразительно произнес Хабльят. – Ну, а сейчас – в порт…

Джо не заметил, чтобы Хабльят, безмолвно сгорбившийся в кресле, успел подать какой-нибудь сигнал. Но через три минуты прилетел тяжелый, хорошо армированный аэрокар. Джо, заинтересовавшись, подошел к окну. Солнце уже садилось, и косые тени, падая на каменные стены, создавали путаницу теней, в которых мог спрятаться кто угодно.

Внизу находился гараж и его комната. Ничего ценного в ней не оставалось, если не считать четырехсот стиплей, сбереженных из жалованья.

А напротив стояло Дерево – чудовищная масса, которую не охватить взглядом за один раз. Чтобы оглядеть его от края до края, приходилось поворачивать голову. До Дерева оставалось не менее мили, и форма покрытых листвой, нависших над Дворцом и медленно покачивающихся ветвей все еще была нечеткой.

Хабльят подошел и встал рядом.

– Все растет и растет. Когда-нибудь или ствол, или земля не выдержит его тяжести. Оно наклонится и рухнет, и это будет самый страшный звук, который доводилось слышать планете. Смерть Дерева будет смертью друидов. – Он внимательно оглядел стену Дворца. – А теперь поторопимся. Лишь в машине можно не бояться снайперов.

Джо еще раз пристально вгляделся в тени, затем вышел на балкон. Тот был очень широк и казался пустым, но по дороге к машине Джо почувствовал себя голым и беззащитным и по коже забегали мурашки. Наконец Джо влез в машину, и она слегка просела под его тяжестью. Хабльят усаживался за его спиной.

– Итак, Джулиам, – сказал Хабльят водителю, очень старому менгу с печальными глазами, морщинами на лице и пегими от старости волосами. – Мы знаем, что пора уезжать. В порт. Четвертая стоянка, если не ошибаюсь.

«Бельзвурон», рейс на Балленкарч через Джинкли.

Джулиам вдавил педаль взлета. Машина рванулась вверх и круто в сторону. Дворец остался за спиной. Они пролетели вдоль нижнего края пыльно-серых ветвей. Обычно небо Кайрил всегда было затянуто дымкой, но сегодня сквозь совершенно прозрачную атмосферу отчетливо просматривались низко плывущие облака и солнце. Беспорядочное скопление и нагромождение дворцов, замков, административных учреждений, приземистых пакгаузов – город некоторое время мелькал в корнях Дерева, но затем его сменил сельский пейзаж: поля, убегающие вдаль, и пятнышки ферм.

Все дороги вели к Дереву. А по ним брели мужчины и женщины в замызганных нарядах. Лайти. Паломники. Джо пару раз доводилось видеть, как они входят в Священный пролом – трещину между двумя дугообразными корнями.

Крохотные как муравьи, паломники боязливо топтались на месте, пытаясь заглянуть в серый мрак, прежде чем продолжить путь. Каждый день с разных концов Кайрил приходили тысячи и тысячи лайти, старых и молодых.

Темноглазые, изнуренные люди, свято верящие в Дерево, которое наконец принесет им долгожданный покой.