Толян презирал кольцевую автодорогу. Еще бы там его крутость никто не оценит. Поэтому он рванул через центр по Садовому кольцу. Поездка, стоила Вадиму несколько седых волосков. Толяну, создавшему по крайней мере, семь или восемь аварийных ситуаций, и два раза разбиравшегося с остановившими его гибэбэдешниками, она встала в баксов триста. Что, поделать, если именно такие водители являлись основным заработком доблестной ГИБДД.

Когда, наконец, подкатили к клубу, было уже половина восьмого.

Войдя в двери, щедро разукрашенные неоновыми гирляндами, с огромной вывеской над ними, они оказались в небольшом гардеробе. Раздевшись, прошли через стильно сделанные, в стиле футуризма, вторые двери.

Клуб Вадима впечатлил. Несколько десятков прозрачных круглых столиков разбросанных по залу. Не большая стойка. Сцена в глубине зала. Все было сделано очень стильно и удобно.

Народу в клубе было не очень много, и подскочивший официант подобострастно кивая, посадил их за столик, прямо напротив сцены.

Дальше, Вадим не вмешивался в ход процесса, Толян взял все как всегда в свои руки. Спорить с ним было бесполезно. Стол довольно быстро заполнился закусками, двумя бутылками водки и, довершившими картину двумя кружками пива.

– Эх, за нас! – произнес первый тост Толян, наливая до краев водку, в пузатые рюмки.

Далее все продолжилось по уже привычному для них сценарию. Через час, Вадим почувствовал, что пьян. Немудрено! Из двух бутылок водки, осталась лишь одна, заполненная на четверть.

– Я в туалет! – Это Вадим поставил в известность Толяна, который начинал уже присматриваться к девушкам сидевшим в клубе.

Немного поплутав, он очутился в мраморном помещении, “Комнаты для джентльменов”, как гордо сообщала позолоченная табличка на двери.

Только сейчас Вадим почувствовал, что ему плохо. “Ёрш”, то есть смесь пива с водкой, давался ему всегда тяжело. Вадим, нагнулся над писсуаром и заставил свой желудок выплеснуть поглощенные яства. В этот момент его обступила уже привычная темнота.

Руки Лейлы продолжали расстегивать ремень, но в тот момент, когда штаны готовы были соскользнуть вниз, раздался громкий грохот. Лейла замерла, а в следующую минуту выскользнула из рук Вадима.

– Кто это? – вырвалось у того, уже изрядно разгоряченного происходящим.

– Не знаю, – проговорила та, поправляя платье, – я открою.

– Эй, эй, ты ничего не говори! – эти слова Вадима повисли в воздухе, девушка уже исчезла из зала.

“Вот черт!” – подумал Вадим, наливая себе вина, голова кружилась от опьянения, но общее состояние было терпимым. Не хватало еще одного мага в гости.

Он проверил “кобру”. Шесть патронов. Что же встретим гада, кто бы он, не был.

Раздался шум за скрытой ковром дверью.

В зал ввалилась толстая бабища, одетая в какие-то непонятные тряпки. Грязные черные волосы ее были всколочены, а лицо, главным украшением которого являлся большой нос картошкой, и узенькие глазки-щелочки, было пунцово-красным. Сзади семенила, что-то объясняющая ей умоляющим тоном Лейла.

– Это кто, не смеет пускать мага третьего класса, в эту конуру? Твое счастье девочка, что я сегодня в хорошем настроении, – бабища отвесила Лейле подзатыльник, и та взвизгнув,

спряталась за спиной Вадима.

– Ты кто, старая ведьма? – обращение этой дамы с девушкой настроило Вадима на воинственный лад.

– К..к..к..как?

Было видно, что от подобного наглого вопроса тетка растерялась.

Но не надолго. На Вадима вылился град слов, большей частью непонятных, для него. Но, несмотря на это, смысл их был, в общем-то, ясен и без перевода.

– Я Богги, маг третьего класса! А вот ты кто, слизняк? И где Вэстхорн?

Тут она заметила труп, и ее глаза стали круглыми.

– Ты, его???

Ведьма посмотрела на Вадима и начала что-то бормотать. Вокруг нее начала появляться разноцветная сфера. С пальцев, щедро усыпанных перстнями, стекало голубое пламя.

Вадим не стал долго думать и, подойдя, шатаясь к ведьме, пьяно ухмыльнулся, достал свое оружие, и выстрелил в нее два раза.

Едкий дым окутал Богги, раздался истерический кашель. Ведьма повалилась на пол и подергавшись минуту, затихла.

– Да, что же это такое, – промелькнуло у Вадима мысль, – Двоих газовым пистолетом положил. И эту, по-моему, насмерть. Сказки, да и только. Вот сон, а? Интересно, что дальше.