– Серебряных дел мастер, с вашего позволения, - поправил ее Поль Ревир, и юбки снова зашуршали.

– Да наплевать мне, как ни назовитесь!
– говорит тогда дама. И сразу стало ясно, что светские манеры ей не более пристали, чем шелковые туалеты.
– Я знаю, что заказывала настоящий шикарный серебряный сервиз, чтобы всем знакомым нос утереть. А вы мне что продали? Серебро-то оно серебро, не спорю. Да только простое и прямое, будто дощатый забор!

Ревир глянул на нее молча, и Лидж подумал, что сейчас он не выдержит и взорвется.

– Простое?
– повторил Ревир.
– И прямое? Это для меня большая похвала, мадам.

– Похвала, как бы не так!
– возмутилась дама.
– Завтра же пришлю сервиз обратно! На молочнике ни льва, ни единорога! А сахарницу я хотела с виноградными гроздьями. А у вас она гладкая, как холмы Новой Англии. Я этого не потерплю, так и знайте! Я пошлю заказ в Англию!

Ревир раздул щеки. Глаза у него грозно блеснули.

– Посылайте, мадам, - проговорил он.
– Мы здесь делаем все новое новых людей, новое серебро, может быть, кто знает? новую нацию. Простые, прямые и гладкие, как холмы и скалы Новой Англии, изящные, как гибкие ветви ее вязов, - если бы мои изделия в самом деле были такими! Я к этому стремлюсь. Что же до вас, мадам, - он плавно, как кошка, шагнул к ней, - до ваших львов, единорогов, виноградных гроздьев и всех вздорных украшений, созданных бездарными мастерами, до вашего привозного дурного вкуса и привозных английских замашек, то - кыш отсюда!
– И он замахал на даму руками, точно она и впрямь была не дама, а индюшка. Она подобрала свои шелковые юбки - и бежать. Ревир посмотрел с порога ей вслед и вернулся в лавку, покачивая головой.

– Вильям!
– крикнул он своему подручному.
– Запри ставни, мы закрываемся. И как там, Вильям, от доктора Уоррена еще не поступало вестей?

– Пока еще нет, сэр!
– отозвался слуга и принялся устанавливать ставни.

Тут Лидж Баттервик подумал, что пора дать хозяину знать о своем присутствии. Он кашлянул. Поль Ревир резко обернулся, и его пронзительные, быстрые глаза впились в Лиджа. Лидж не то чтобы струхнул, ему упорства было не занимать, но он почувствовал, что встретился с человеком необычным.

– Ну, приятель, - нетерпеливо произнес Ревир.
– А вы кто еще такой?

– Да вот, мистер Ревир, - сказал Лидж Баттервик.
– Я ведь говорю с мистером Ревиром, не так ли? Тут, понимаете ли, долгая история, а вы закрываетесь, но все-таки вам придется меня выслушать. Мне цирюльник приcoветовал.

– Цирюльник?
– недоуменно переспросил Поль Ревир.

– Ну да, - ответил Лидж и разинул рот.
– Видите? Я насчет зуба.

– Насчет зуба?!
– Ревир выпучил на него глаза, как сумасшедший на сумасшедшего.
– Расскажите все толком и по порядку. Но постойте-ка, постойте. Вы, по разговору судя, не бостонец. Откуда вы приехали?

– Из-под Лексингтона. И вот, понимаете ли...

Но при упоминании Лексингтона Ревир сразу пришел в волнение. Он схватил Лиджа за плечи и встряхнул.

– Из-под Лексингтона! Вы были в Лексингтоне сегодня утром?

– Ясное дело, - отвечает Лидж.
– Это тамошний цирюльник, о котором я вам говорил...

– Бог с ним, с цирюльником, - отмахнулся Ревир.
– А мистер Хэнкок с мистером Адамсом были утром еще у пастора Кларка?

– Может, и были. Откуда мне знать.

– Силы небесные!
– удивился Ревир.
– Неужели в Американских колониях нашелся хоть один человек, который не знает мистера Адамса и мистера Хэнкока?

– Похоже, что один нашелся, - подтвердил Лидж Баттервик.
– Но к слову сказать, когда я ехал мимо пасторского дома, там находились двое приезжих, один такой вроде бы франт, а второй смахивает на бульдога...

– Хэнкок и Адамс! Так, значит, они все еще там.
– Ревир прошелся взад-вперед по комнате.
– А между тем англичане уже готовы выступить, пробормотал он себе под нос.
– Много ли солдат вы видели на пути сюда, мистер Баттервик?

– Видел? Да они бежали за мной и загнали меня в бочку из-под дегтя! И на площади их собралась уйма, с пушками и знаменами. Похоже, что у них серьезное дело на уме.

Ревир схватил его за руку и стал трясти.

– Благодарю вас, мистер Баттервик! Вы внимательный наблюдатель. Вы оказали мне - и Американским колониям - неоценимую услугу.

– Что ж, очень приятно, - говорит Лидж.
– Но насчет моего зуба...

Ревир взглянул на него и рассмеялся, и от глаз его пошли морщинки.

– Вы упорный человек, мистер Баттервик. И это хорошо. Мне нравятся упорные люди. Побольше бы их у нас было. Что ж, услуга за услугу. Вы оказали услугу мне, и я тоже вам услужу. Мне действительно случалось мастерить искусственные зубы, а вот зубодерство - не по моей части. Но все-таки я постараюсь вам помочь. Лидж уселся в кресло и разинул рот.

– Ну и ну, - покачал головой Поль Ревир, хотя глаза у него смеялись. Мистер Баттервик, похоже, что у вас сложная агглютинированная инфракция верхнего клыка. Боюсь, что сегодня вечером я уже ничего с ним сделать не смогу.

– Но как же?..
– заспорил было Лидж.

– Вот вам питье, оно немного облегчит боль, - сказал Ревир и налил в чашку какого-то лекарства.
– Выпейте!

Лидж выпил. Это была пахучая, довольно едкая жидкость красного цвета со странным сонным привкусом. Никогда ничего подобного Лидж не пил. Но боль немного отпустила.