В этот момент мимо нее пробежал мальчишка с пачкой газет под мышкой. Размахивая одной из них над головой, он кричал:

— Последние новости! Последние новости! Читайте! Гнусное убийство джентльмена и его любовницы! Замешана графиня!

Мэг растерянно уставилась ему вслед. Должно быть, краска еще не высохла на этих газетах!

Прохожие останавливались, покупали газету, и она слышала, как они переговаривались между собой, обсуждая скандальное дело:

— Говорят, это леди Саксонхерст. Вот так новобрачная!

Мэг была раздавлена. Совершенно раздавлена. Саксонхерст никогда больше не захочет ее видеть.

Не поискать ли убежища у кого-либо из бывших соседей по Моллетт-стрит? Нет, едва ли кто-нибудь из них пойдет ради нее на нарушение закона, к тому же это будет следующим местом, куда явится полиция. Устало бредя вдоль незнакомых улиц, преследуемая криками продавцов газет, иные из которых уже выкрикивали ее имя, Мэг чувствовала себя так, словно с нее содрали кожу.

И тут ей в голову пришла мысль. Отчаянная, но единственно возможная. Безусловно, вдовствующая герцогиня Дейнджерфилд не захочет публичного скандала, связанного с ее семьей. Во всяком случае, на какое-то время она даст ей убежище.

В конце концов, как только она появится у герцогини, та сможет послать весточку Саксонхерсту. Возможно, это чрезвычайное происшествие даже послужит воссоединению семьи! Мэг собрала все свое мужество и отправилась в неблизкий путь к гостинице «Квиллер».

Дрожа от холода и усталости, она наконец добрела до своей цели.

Мэг собралась уже подняться по ступенькам респектабельного здания, но тут заметила, что люди брезгливо сторонятся ее, принимая за нищенку.

В таком виде ей никогда не войти в гостиницу и не встретиться с герцогиней.

Понимая, что она привлекает к себе здесь внимание, Мэг прошла кварталом дальше и завернула за угол, удивляясь тому, сколь изворотливой стала простодушная Мэг Джиллингем в этом затруднительном положении.

А что с бедным Обезьяном? Он шустр и умен. Конечно, ему удалось убежать. Разумеется, он отправился прямиком к хозяину и поведал ему печальную историю. И что теперь сделает граф?.. Этот человек был для нее загадкой, и весьма пугающей притом. Хорошо мистеру Чанселлору утверждать, что граф никогда не причиняет вреда людям, но ведь прежде он никогда не был женат на женщине, которую обвиняют в убийстве. На женщине, которая лгала ему и призналась, что имеет от него секреты. На женщине, которая — если он когда-нибудь узнает об этом — воспользовалась черной магией, чтобы ввергнуть его в этот кошмарный брак. Мэг остановилась и прижала руку ко рту. О Боже, все это подстроила Шила! Вот оно, «жало в хвосте»! Достаточно вспомнить, что случилось с ее родителями.

Она прислонилась к стволу голого дерева. Скорбь и негодование стиснули ей грудь. Ее мать никогда не пожелала бы собственной смерти. Ее любовь к мужу была безгранична, но мама ни за что сознательно не оставила бы детей на произвол судьбы. Значит, либо она неосторожно сформулировала свое желание, либо статуэтка потребовала ее жизнь взамен чего-то.

И это зло Мэг принесла в жизнь графа! Она побрела дальше на заплетающихся ногах, решив, что и ему, и всем остальным будет лучше, если аннулировать этот брак. Возможно, герцогиня знает, как это сделать, и, разумеется, охотно ей в этом поможет. Саксонхерсту будет лучше даже с леди Дафной Григг, чем с Мэг Джиллингем!

Но прежде всего нужно пробраться в «Квиллер». Грубый голос у нее за спиной резко выкрикнул: «Поберегись!» — и она поспешно отскочила в сторону, давая дорогу двум мужчинам, тащившим заваленную доверху овощами тележку. Посмотрев им вслед, она увидела, что они свернули в проулок. Наверняка идут в гостиницу!

Мэг осторожно последовала за ними. Один из мужчин тащил тележку спереди, ухватившись за обе ручки, в то время как другой сзади приподнимал ее на ухабах. Мэг пошарила в кармане и нащупала два ключа. А где же те несколько монет, которые она имела в день своей свадьбы? И сколько там было? Шестипенсовик и несколько пенни.

Хорошенькое приданое для графини!

Мэг храбро подошла к мужчине, подталкивавшему тележку сзади.

— Мне нужно войти в гостиницу, чтобы повидаться там с одной дамой, — прошептала она. — Я в отчаянном положении, а она мне поможет, я уверена. — Она показала мужчине шестипенсовик. — Позвольте мне притвориться, будто я с вами. Я помогу разгрузить тележку.

Мужчина, шедший впереди, остановился и обернулся:

— Гарри, у нас сейчас нет на это времени!

— Эй, — ответил Гарри, — она просто хочет помочь нам разгрузиться. — Мэг снова протянула шестипенсовик, и Гарри взял его. — Чего нам жаловаться, если она хочет поработать?

— Половина моя, — сказал мужчина впереди и снова взялся за ручки. Мэг стала помогать подталкивать тележку сзади.

— Подзалетела, что ли? — спросил Гарри.

— Что? О… — Мэг покраснела, — нет. Просто небольшие неприятности. Та пожилая дама знакома с моим мужем. Я думаю, она мне поможет. — Даже сейчас Мэг было неприятно лгать.

— Знатные люди не помогают таким, как мы, голубушка, но, в конце концов, не с меня шкуру будут спускать, дело хозяйское.

Мэг снова подтолкнула тележку, размышляя над этими словами. За небольшие проступки существовало такое наказание: человека полуголым привязывали к телеге и, таская по кругу, стегали кнутом до крови. Но графиню так наказывать не посмеют. Или посмеют? Как бы то ни было, за убийство ее повесят.