— Я — в Пайн-Сити, — отрезала она. — Не стойте же, впустите меня наконец!

Я послушался и отодвинулся в сторону, пропуская ее с чемоданом. Она с грохотом уронила его на пол гостиной и повернулась ко мне.

— Вы могли бы предложить мне что-нибудь выпить?

— Вы не сон? — спросил я.

Она двумя пальцами потянула меня за кончик носа.

— Ну что, поверили, что вы не спите?

— Пожалуй, да. А как вы выбрались из Лас-Вегаса?

— Дайте же наконец выпить, — сказала она. Я смешал пару коктейлей и один подал ей. Она критически посмотрела на меня.

— Вы выглядите так, как будто вас только что откопали. Идите и причешитесь.

— Что мне терять? — пробормотал я. — Разве что волосы.

В ванной я умылся, причесался и вернулся в гостиную.

Габриель удобно расположилась в кресле со стаканом в руке. Она была красивой и свежей. Я сел на кушетку напротив и взял стакан.

— Ну, рассказывайте.

— Ничего особенного, — пожала она плечами. — Сегодня утром ко мне зашел Фултон. Он сказал, что поскольку ночью я наверняка встречалась с вами, то теперь могу ехать куда угодно и когда захочу. А та история, что я должна была остаться заложницей в Вегасе, это так — мираж, облако, чья-то выдумка. Он был гораздо вежливее, чем когда-либо. Мне показалось, что он говорил со мной честно, и поэтому я не стала ждать, села в первый же самолет и улетела.

— А почему вы приехали именно сюда? — задал я совершенно глупый вопрос.

— Почему, Эл? — Ее голос гортанно завибрировал, напоминая мурлыканье. — Я бы ни за что не упустила возможности зайти к хорошему другу. А сегодн вечером я собираюсь заглянуть к Говарду и его рыжей потаскушке. Мне нужно сказать им пару слов.

— Я бы не спешил с этим, — тихо сказал я. Она посмотрела на меня.

— Вы, может быть, и не спешили бы, но вы не я. А когда я покончу с этой маленькой…

— В конце концов, — сказал я, — что сделано, то сделано. Почему бы вам не забыть о…

— Вы сегодня видели Говарда? — решительно спросила она.

— Видел, — не раздумывая, ответил я. Она удовлетворенно улыбнулась.

— Вы рассказали ему о вчерашней ночи?

— Вчерашней?

— Не скромничайте, — нетерпеливо сказала она. — Вы рассказали ему о том, что мы провели последнюю ночь вместе? Вот что я имею в виду! Это же было одним из условий, которое я поставила! Ответная любезность за мое гостеприимство, помните?

— Конечно, помню.

— Ну?

— Нет, — я покачал головой, — я не сказал ему.

— А почему?

— Давайте лучше еще налью, — поспешно сказал я. Она бросила в меня пустой стакан, но я поймал его, скорее благодаря счастливой случайности, нежели быстроте реакции.

— Но почему вы ему не сказали? — бушевала она.

— Не знаю, — взмолился я. — О таком трудно говорить мужчине…

— Ладно! — Она вскочила на ноги. — Если у вас не хватило храбрости, скажу я — прямо сейчас. Я так разделаю его, что никто не сможет собрать.

— Я бы на вашем месте воздержался, — заметил я.

— Почему же?

Пришлось поставить на стол оба стакана.

— Вам ведь известно, что я — коп, не так ли?

— Какое это теперь имеет значение?

— Прошлой ночью мне нужно было получить от вас сведения о Говарде. Я знал, что вы были его любовницей. Но вы бы ничего не сказали мне, пока относились к нему нормально. Поэтому мне пришлось немного… разрушить ваши чувства, и тогда вы заговорили! Понимаете меня?

Лицо ее потемнело.

— Вы хотите сказать, — медленно начала она, — что эта история насчет Говарда и Нины была…

— Выдумана, — кивнул я. — Совершенно верно, ни капельки правды.

— Чтобы расквитаться с Говардом, я приехала к вам… — Она подлетела ко мне, как радиоуправляемый снаряд. Ее кулак норовил попасть мне по лицу, а каблук больно ударил по голени.

Я спокойно положил ладонь на ее лицо и резко оттолкнул ее. Она перелетела через комнату, пытаясь сохранить равновесие, задела за валик кресла и упала, перевесившись через него. Платье ее задралось до верхней границы чулок, и с минуту она лежала неподвижно. Потом забарабанила пятками и разразилась истерикой.

Скотч был слишком хорошим, чтобы зря расходовать его. Поэтому я вышел на кухню, наполнил кувшин холодной водой и принес его в гостиную. Ее длинные ноги выбивали дробь по креслу, и она громко визжала. Я вспомнил, что шум не очень нравится квартирной хозяйке, и тут же вылил воду на ее голову. Габриель сразу же смолкла.

Потекли долгие пять секунд, во время которых ничего не случилось, а у меня появилось время закурить. Потом Габриель медленно поднялась. Ее волосы прилипли к голове, а рубашка обтянула тело.