Пришелец не обратил особого внимания на то, что Амброзий кивнул ему весьма сдержанно.

– Разыскать вас трудновато, - со смешком произнес инопланетянин.
– В полумиле к северу отсюда я видел огромные дворцы - ха-ха!
– подумать только чистый мрамор! На юге японский замок - еще грандиознее! Кто все это построил?

Амброзий не слишком любезно отвечал, что дворцы принадлежат композиторам, скульпторам и писателям, а японский замок - прихоть одной престарелой поэтессы. Однако пришелец должен извинить Амброзия: он занят...

Пришелец, казалось, не обратил никакого внимания на слова художника.

– Взгляните, как изменилось все вокруг!
– воскликнул он, потирая руки.
– Деятели искусства процветают. У них собственные яхты, "роллс-ройсы", бриллианты, их окружает множество привлекательных женщин - владелиц норковых шубок. Я прибыл, чтобы получить свой гонорар - обещанные двенадцать картин.

– Пошел вон!
– огрызнулся Амброзий.
– Ничего ты не получишь!

Пришелец оторопел.

– Разве вы не счастливы?
– возразил он.
– Неужели вам не нравится такая жизнь? Ведь я исполнил все, как обещал. Вы должны мне еще дюжину картин в счет гонорара.

В это самое мгновение на холст с нарисованной на нем обнаженной женщиной, над которым трудился Амброзий, прыгнул кузнечик. Художник отшвырнул кисть.

– Ничего не получишь, мошенник!
– в сердцах крикнул он.
– Ты ведь так ничего и не сделал! Сейчас любой художник может добиться успеха, но ты тут ни при чем. Посмотри: здесь по-прежнему полно этих распроклятых крики-тиков!

У пришельца от удивления отвисла челюсть. Мгновение он обалдело глядел на Амброзия.

Потом прошамкал:

– Крики-тики - кузнечики? Бог мой! А я-то уничтожил всех критиков!