— Можно не верить — чувствовать. Вот почему ты здесь. Но это лишь начало. Пойдем!

Что было в его голосе? Как будто ничего такого необычного и уж тем более властного. Но почему тогда Рыжий ему сразу же повиновался? Мало того: он даже не спросил, куда его зовут, а тотчас же поспешно встал. И они пошли. Шли и молчали. Плиты сверкали серебром, они были как снег. Нет, как Убежище…

Убежище! Опять оно! Рыжий насупился, остановился. Стоял, смотрел по сторонам, потом с опаской глянул вверх. Луны на небе не было. А если б даже и была? Да что это за глупости?! Опомнись! Луна — это обычная планета, такая же, как Солнце, Гелта, Эрнь и прочие. А этот зурр…

Зурр ничего не говорил, просто стоял и ждал его. И они пошли дальше. Дул встречный ветер — все сильнее и сильнее. Морозило. По плитам замела поземка. В Лесу по льду идти легко: когтями впиваешься в лед, вот и держишься. А здесь, на мраморе, не очень-то разгонишься! А зурр, тот шел легко, не замедляя шага, должно быть, этот путь ему привычен… И вдруг он начал говорить:

— Эти братья, они все лжецы. Не слушай их, не верь. Пусть даже так, как они говорят, пусть и действительно во всем вообразимом и невообразимом пространстве для тебя нет места. Ну, что ж! Значит, тогда уйди в себя. Ведь ты — да и не только ты один, а и любой из нас, из этих и других — это еще одна Вселенная, бескрайняя и бесконечная. Вот, значит, и ищи в себе. И там есть все, что только пожелаешь… Не отставай!

И они шли, однако же все медленней и медленней, ибо метель усилилась, вокруг была сплошная снежная пелена. Шли наугад. Снег забивался в уши, ноздри, и вот уже как будто нет ничего вокруг — ни Бурка, ни Равнины, ни Земли; снег, только снег вокруг — колючий, непроглядный. А сам он, Рыжий, еще есть на свете? А что! Не такой уж и глупый вопрос. Ведь вполне может быть и такое, что тот, в чьем теле он сейчас скрывается, — это совсем даже не он, а уже кто-нибудь…

И тотчас он — да, он, не кто-нибудь другой, а только он — споткнулся, заскользил, неловко завалился на бок… Но сразу подскочил… И ужаснулся: р-ра! Вокруг — одна сплошная пелена, белым-бело, и он — совсем один, а где же зурр?! Вот уж воистину…

— Сюда! Сюда! — послышалось. — Ко мне!

Рыжий поспешно развернулся и пошел на голос. Шел в снежном мареве и ничего вокруг себя не видел. А зурр, идущий где-то совсем рядом, продолжал:

— Да, это так, каждый из нас — это еще одна Вселенная… Левей, еще левей бери. И ничего не бойся, ибо страх… А, впрочем, что такое страх? Страх — это предчувствие близкой потери. Но если тебе нечего терять или если ты теряешь то, что тебе вовсе и не нужно… Сюда, сюда, я говорю! Здесь осторожнее!

Мела метель, выл ураганный ветер, уши давно уже были плотно забиты снегом… А голос зурра раздавался ясно, чисто, так, словно он звучал внутри тебя, в душе. Зурр говорил:

— Да, очень многое в жизни не нужно. Вот, скажем, Братство. Что такое Братство? Обман и ложь. Так что забудь о нем, Стоокий не был братом. И был убит. И только это… Да! Есть только один страх, великий страх — страх перед подлостью и низостью. И потому я предупреждаю тебя: опасайся сам знаешь кого. И ни на чью помощь уже не надейся. Вот даже взять меня. Кто я такой? Один из многих зурров, никем не уважаемых, забытых… Ну, вот мы и пришли. Устал?

Еще бы! Рыжий едва держался на стопах, его шатало, и снег — нет, уже даже лед — был у него в ноздрях, был лед и на губах…

— Где это мы? — спросил он едва слышно.

— Нигде, — ответил зурр. — Ложись.

Рыжий послушно лег.

— Закрой глаза.

Закрыл.

— Спи!

Он заснул…

Нет, не заснул, а полетел! Сорвался вверх и падал, падал, падал… И вот уже вокруг него — ни снега, ни метели, а только ночь и тишина. И еще звезды — яркие, огромные. Сверкают. А он летит и узнает созвездия, туманности. А где это Земля? Он посмотрел по сторонам — ее нигде не видно. Тогда он…

— Нет! — тотчас крикнул зурр. — Нельзя смотреть назад! Лети!

Рыжий послушался его, не обернулся. Дальше летел. Смотрел. Потом спросил:

— Ты где?

Зурр отозвался:

— Я с тобой. Красиво здесь?

— Да. Очень. Но что это со мной такое? Не молчи! Я знать хочу!

— А ты не спрашивай, ты чувствуй. Смотри внимательней! Ты помнишь, кем ты был там, на Земле? Песчинкой. А здесь даже сама Земля, и то песчинка. А сам ты кто? Ты чувствуешь?

— Да, чувствую. Я — это я и только я, во мне есть все, но только это «все», оно какое-то… Зурр, где это я? Это сон?

— Все может быть. Ибо здесь все зависит от тебя. Лети, смотри.

И он летел дальше, смотрел. Вот Красная Звезда. Вот Восходящий Дым. А вот и Гелта. Вот и Эрнь — мерцающий, весь в блестках шарик. А так как рядом с ним горит Забытая Свеча, то, значит, точно позади будет Земля. И если обернуться…

— Нет! — крикнул зурр. — Не смей! Рыжий, не смей! Прошу тебя!

И его голос был как гром! Бил в уши, рвал…

Но Рыжий все же обернулся! Огромный серый шар висел прямо над ним! И там…