— Не вижу смысла в твоих словах.

— Наверное. Может быть, я недостаточно ясно выражаю то, что чувствую. Уэс, неужели ничего нельзя сделать, чтобы спасти его земли от потопа?

— Разве только молиться. Если дождь прекратится, вода отступит.

— Почему этот участок не заливает каждый год, а только иногда?

— Русло реки меняется. Дед Клея как-то говорил, что, когда он был мальчишкой, никакой поймы не было. Каждый год река слегка перемещалась и понемножку намывала ее.

— Покажи здесь то, о чем ты говоришь, — сказала Николь, указывая на план.

Он снова опустился на колени перед камином.

— Я думаю, река старается изогнуться. Раньше в этом месте русло было прямее и шире, но с годами оно изменилось.

Она разглядывала карту.

— Ты хочешь сказать, что река съедает мою землю и несет ее Клею?

Уэс удивленно взглянул на нее.

— Не думаю, что тебе есть о чем беспокоиться. Пройдет лет пятьдесят, прежде чем это станет заметно. Николь не обратила внимания на его взгляд.

— А что, если отдать речному богу то, что он хочет?

— Да о чем ты говоришь? — пробурчал Уэс, подумав, что она беспокоится о своей земле.

— Николь, — вмешалась Дженни, — мне не нравится этот разговор.

Николь взяла щепку.

— Что случится, если отрезать мою землю вот так? — Она начертила линию от одной излучины реки до другой.

— Земля влажная, а берег крутой, так что, может быть, этот кусок сползет в воду.

— А как это повлияет на уровень воды?

Уэсли начал понимать, что она задумала, и вытаращил глаза.

— Николь, это невозможно. Здесь надо копать по меньшей мере несколько дней, а земля, которая обрушится в реку, упадет вместе с твоей пшеницей. — Но ты не ответил на мой вопрос. Вода спадет?

— Может, и спадет. Русло-то расширится. Откуда мне знать?

— Я просто хочу узнать твое мнение.

— Черт побери! Какая разница реке, чью землю глотать, твою или Клея? Проклятой воде это все равно.

— Прошу тебя избегать подобных выражений в присутствии детей, — строго заметила Николь. — Значит, нам понадобятся кирки, лопаты и…

Уэс перебил ее.

— Ты видишь, что творится за окном? Этот ливень может быка свалить с ног, а ты говоришь о том, чтобы под ним работать.

— Я не знаю другого способа выкопать ров. Не можем же мы копать дома, где сухо и тепло.

— Я не позволю тебе жертвовать землей, — устало сказал Уэс. — Клею можно помочь и без этого. Мы с Тревисом одолжим ему денег, а на следующий год он поправит дела. Николь окинула его ледяным взглядом.

— Почему ты думаешь, что он захочет поправлять дела на будущий год? Посмотри, что мы с ним сделали. Клей — человек, которому нужна семья. Он был счастлив, когда у него были родители, Джеймс, Бесс, близнецы. Потом они ушли от него один за другим. На короткое время я дала ему любовь, но потом отняла ее — вместе с близнецами. — Она указала рукой в сторону Эрандел Холла. — Когда-то это был счастливый дом, полный веселья, полный людей, которые любили его и которых он любил. И что у него осталось? Даже его племянники живут с чужими людьми. Мы должны показать ему, что заботимся и думаем о нем.

— Но мы с Тревисом…

— Деньги… Ты похож на мужа, который предлагает своей жене новые туалеты вместо любви и внимания. Клею не нужны деньги, ему нужно знать, что его любят, что он не одинок в этом мире. Все — и Уэс, и Дженни, и близнецы — не сводили с нее глаз. Только Жерар со скучающим видом уставился в пол.

— Ты уверена, что Клей чувствует именно это, — тихо спросил Уэс, — или ты просто переносишь на него собственные чувства? Может быть, это ты нуждаешься в заботе и любви?

Николь попыталась улыбнуться.

— Я не знаю… Сейчас не время предаваться размышлениям. Каждую минуту вода отвоевывает еще полоску его земли.

Уэс внезапно заключил ее в объятия и крепко прижал к груди.

— Если мне когда-нибудь доведется встретить женщину, которая будет любить меня хоть вполовину так сильно, как ты любишь Клея, я буду держаться за нее обеими руками и никуда не отпущу.

Николь вырвалась из его объятий и смахнула слезу.

— Не смей открывать мои секреты. Кроме того, я уверена, что вы вели бы себя не менее глупо, чем мы с Клеем.

В это время Дженни уже сняла передник и натягивала на себя плащ Уэса.

— Дженни, куда ты? — спросил Уэс.

— Пока вы тут болтаете, я собираюсь приступить к делу. Прежде всего, я пойду и попрошу Исаака одолжить какую-нибудь одежду. Бегать в платье по такому дождю, да еще с лопатой… благодарю покорно. Потом я привезу Клея.

— Клея?! — в один голос вскричали Уэс и Николь.

— Конечно. Может, вы и считаете, что он уже ни на что не годен, но я-то его лучше знаю. Он может копать не хуже, чем все остальные, и у него еще осталось несколько работников. Хорошо бы еще добыть Тревиса. — И, поскольку Николь и Уэсли все еще смотрели на нее открыв рот, она добавила: — Вы что, к стульям приросли? Николь, идем со мной на мельницу, а ты, Уэс, наметь края канавы.