— И вот еще что хочет рассказать нам наш предполагаемый подозреваемый, — громко объявил Райм. — И я уже, кажется, говорил вам об этом. Ему кое-что известно о вещественных доказательствах и о том, как проводится судебная экспертиза. Поэтому он требует от нас, чтобы мы начали мыслить нестандартно и действовать не по правилам. Он предупреждает, что все вещи, которые он нам оставил на месте преступления, необычны, и анализировать их надо тоже с умом. Ну, во всяком случае, так думает он. Тем не менее, мы, как я считаю, все равно разберемся в этом деле. Могу биться об заклад! — Внезапно Райм нахмурился. — Карта! Нам нужна карта. Том!

— Какая карта? — попытался уточнить помощник.

— Ты знаешь, какуюименно я имею в виду!

Том устало вздохнул:

— Понятия не имею. Линкольн.

Глядя в окно и разговаривая сам с собой вполголоса, Райм рассуждал:

— Подземные туннели бутлегеров, тайные входы, асбест… Все это относится к делам минувших дней. Ему, по всей вероятности, нравится история. Старинный Нью-Йорк… Мне нужна карта Рандела.

— И где она лежит?

— В материалах для исторического обзора в моей книге, где же еще?

Том сразу отыскал нужную папку и извлек оттуда ксерокопию карты Манхэттена:

— Это?

— Да-да, именно это!

Это была обзорная карта Нью-Йорка от 1811 года, выполненная специально для планирования решетчатой структуры расположения улиц в городе. Карта была начерчена в горизонтальной плоскости так, что южный Бэттери-Парк располагался слева, а Гарлем, который в реальной жизни находится на севере, здесь оказался справа. Расположенный таким необычным способом, весь остров напоминал тело прыгающей собаки, готовой к нападению, с чуть приподнятой узкой головой.

— Прилепи ее на стенку… Вот так.

Как только Том выполнил это несложное поручение. Линкольн довольно улыбнулся:

— Знаешь что. Том, пожалуй, мы примем тебя в нашу команду. Будем работать вместе. Лон, выдай ему какой-нибудь блестящий жетон или еще что-нибудь.

— Ну, Линкольн… — Помощник посмотрел на хозяина укоризненно.

— Нет-нет, ты нам действительно нужен. По-моему, ты в душе всегда мечтал стать кем-то вроде Сэма Спейда или Коджака?

— Только Джуди Гарланд, — ответил Том.

— В таком случае, ты будешь нашей персональной Джессикой Флетчер! Значит, на тебя накладывается обязанность составлять портрет нашего подозреваемого. Не теряй времени и доставай свою роскошную ручку, которая вечно без дела торчит у тебя из нагрудного кармана!

Молодой человек лишь закатил глаза к потолку, но потом послушно вынул из кармана рубашки «Паркер» и взял со стола новенький блокнот.

— Нет, я придумал кое-что получше, — провозгласил Райм. — Мы воспользуемся одним из моих плакатов. Да, тех самых, с репродукциями. Приклей его пустой стороной на стену, а писать будешь толстым маркером, крупными печатными буквами, чтобы мне все хорошо было видно.

Том выбрал «Лилии» Моне и пристроил плакат на стене так, чтобы он хорошо был виден Райму с постели.

— Наверху пиши: Предпод номер 823. Затем рисуй таблицу из четырех колонок. Озаглавь их так: «Внешность», «Место жительства», «Транспортные средства», «Прочее». Чудесно. Итак, начинаем. Что нам о нем вообще известно?

— Его транспортное средство — это самое обыкновенное такси желтого цвета, — тут же включился Селитто.

— Правильно. А в столбце «Прочее» надо первым делом записать то, что ему известно многое о криминалистике и методах, используемых для проведения анализа вещественных доказательств.

— А ведь это в свою очередь может означать, — добавил Лон, — что он успел хлебнуть свою порцию.

— Не понял вас, — удивился Том.

— Я хотел сказать, что наш подозреваемый, вероятно, уже имел судимость, раз так неплохо разбирается в криминалистике.

— Может быть, стоит добавить, что у него есть «Кольт» 32-го калибра? — подал голос Бэнкс.

— Черт возьми, конечно! — поддержал его Лон.

— И еще он разбирается в пальцевых узорах, — внес свой вклад Райм.

— В чем? — снова недопонял Том.

— В отпечатках пальцев. Они ведь, если приглядеться, действительно представляют собой самые настоящие узоры. И еще внеси в таблицу то, что он, скорее всего, имеет безопасное жилье, откуда и начинает действовать. Прекрасно. Вы только посмотрите на Тома. По-моему, его истинное призвание — работа в криминалистике!

Том вспыхнул и отступил от стены, стряхивая с рубашки прилипшую паутину.

— Ну вот, ребята, — подытожил Селитто, — это наше первое знакомство с предподом номер 823. Райм повернулся к Мелу Куперу: