Возможно, этот эксперимент также дал вам ощущение телесных тенденций, которые присутствуют до того, как происходит движение. Ваше ощущение этих тенденций и есть то, что я называю силой безмолвия — таинственной силой, которая движет ваше тело. Обычно эта едва уловимая сила становится заметной только, когда она проявляется в преувеличенном виде, вроде пугающих фантазий или телесных симптомов.

Сила безмолвия — это не только едва уловимые телесные ощущения, но и движущая сила, стоящая за вашими сновидениями, незаметно пытающаяся направлять вас по определенному пути, придавая жизни определенный смысл. Этот смысл становится ясным только тогда, когда вы оглядываетесь на свою жизнь, либо в ступаете в контакт с этой силой в данный момент.

Неподчинение силе безмолвия, как минимум, заставляет вас чувствовать себя неудобно, так сказать, «не в своей тарелке». Ваше тело чувствует себя свободнее, если вы движетесь вместе с ним в направлении этой тонкой силы безмолвия.

В последующих главах я покажу, как эта сила проявляется не только в едва заметных тенденциях движения вашего тела, но также:

В ваших хронических симптомах

В ваших долговременных поведенческих шаблонах, проблемах и талантах

В настроениях и людях, которые вас больше всего расстраивают

В ваших затруднениях в отношениях с другими людьми или сообществом.

Сила безмолвия, проявляющаяся в тенденциях, представляет собой своего рода тягу или нажим, совпадающие в нашем осознании с ощущением характера атмосферы, настроения или поля, в котором мы живем. Я называю эту атмосферу и ее тенденции «интенциональным полем», хотя мы обычно не осознаем, какой бы то ни было направленности, скрывающейся за атмосферой, или ее едва заметной и легко ускользающей от внимания силы безмолвия. [4]

Я покажу, как сосредоточение на, подобного рода, переживаниях может быть формой медицины, нелокальной медицины, поскольку эти тонкие тенденции, возможно, связаны не только с нами, но и со всем миром — по сути дела, со всей вселенной.

Позвольте мне начать излагать теорию о том, как эти переживания могут быть связаны между собой в нашей вселенной. Давайте на время согласимся с допущением физики, что основная схема, наблюдающаяся на субатомном уровне для всей материи — квантово-волновая функция — представляет собой одну из самых фундаментальных закономерностей все нашей вселенной.

Когда один из прародителей квантовой теории — Эрвин Шрёдингер — впервые открыл эту волновую картину в 1920 гг., он был уверен в ее «материальной» природе. Он называл математические волны этой картины «волнами материи». Сегодня мы знаем, что эти волны не являются материальными в смысле поддающихся измерению волн воды. Однако, они более фундаментальны, чем кажущаяся материальность макроскопических объектов и тел. Эта основная картина точна в математическом смысле, и предсказывает вероятность событий в обыденной реальности.

Эта волновая функция типична для многих представлений квантовой физики, которые очень непохожи на ньтоновскую физику событий в повседневной жизни. (Подробнее о волновой функции см. в тексте, взятом в рамку).

Классические физика и медицина тесно связаны с причинно-следственным мышлением Исаака Ньютона, чьи идеи дошли до нас из конца XVII в. То, что в классической физике выглядит как шарик, или любого рода объект (тело), в квантовой физике рассматривается как атомы или субатомные частицы. По сути дела, математика квантовой физики описывает мир, в котором причины и следствия, не говоря уже о точном значении точки и частицы, более не являются определенными. Квантовая физика описывается математическими формулами, которые приблизительно соответствуют тому, что может видеть наблюдатель в обыденной реальности, Например, в обыденной реальности нельзя точно и одновременно измерить положение и скорость частицы. Более того, не существует единого способа понимания математики квантовой физики.

В статье, опубликованной в февральском номере журнала «Сайнтифик Америкэн» за 2001 г. под названием «100 лет квантовых загадок», выдающийся специалист по физике «черных дыр» Джон Уиллер и профессор физики Пенсильванского Университета Макс Тегмарк так описали то, что они назвали «загадочной стороной квантовой физики»: «Несмотря на первоначальные успехи квантовой теории, физики по-прежнему не знают, как быть с ее странными и с виду произвольными правилами. В ней, казалось бы, нет никакого направляющего принципа. Что же такое эта «волновая функция»? Эта главная загадка квантовой механики и по сей день остается спорным и неразрешенным вопросом».

Лауреат Нобелевской Премии Ричард Фейнман в высказывании, которое едва не принесло ему дурную славу своей смелостью, утверждал: если вы думаете, что понимаете квантовую физику, то обманываете сами себя. Этот, возможно, величайший физик после Эйнштейна, в своей книге «Характер физического закона» писал: «Я полагаю, что не ошибусь, сказав, что никто не понимает квантовую механику».

Так или иначе, но в квантовой физике частица более не соответствует нашим обычным представлениям о частице. Более того, не существует одной интерпретации волновой функции для частиц, поскольку нет достоверного способа измерения этого уравнения. Подобно Вернеру Гейзенбергу, открывшему принцип неопределенности, большинство физиков считают, что если квантовый мир нельзя измерить, то в отношении этого мира не следует говорить ничего определенного.