— Скажите, что именно вы хотели из них выплавить. Мы заменим. Привезем вам инструменты.

— Ну и ну! — не выдержала я. — За этот хлам? Что вы будете с ним делать?

— Изучать.

— Зачем? Чтобы понять, как они действуют? Так они нам и самим нужны именно для этого!

Звездный Человек вздохнул.

— Чтобы понять, что тут произошло…

— А что произошло? — удивилась я.

— Ну… — он в затруднении пожал плечами.

— Они воспринимают это положение вещей как естественное, — тихо сказала женщина, но я услышала. — Странно, что они вообще пытаются хоть что-то сберечь…

— Прагматически, — произнес он в огвет непонятное слово, — чисто прагматически…

Скарабей смотрел на них исподлобья, потом сказал:

— Нет. Так не пойдет.

— Почему? — устало спросил пришелец.

— Вы будете разбираться с Предметами — а вдруг окажется, что среди них есть что-то очень полезное? Такое уже бывало! Несколько поколений лежит Предмет, а потом вдруг какой-то Хранитель и сообразит, как его использовать. Вам, значит, прямая выгода, а мы, получается, останемся с носом?

Мужчина обернулся к женщине и что-то сказал ей вполголоса, на этот раз на незнакомом языке. Она отозвалась — тихо, мелодично, но я все равно поняла, что они спорят. Наконец, она пожала плечами — ладно, мол, — и он вновь повернулся к нам.

— Хорошо, — сказал он, — все равно мы собирались… Вы можете присутствовать при обработке данных.

Старик посмотрел на него непонимающе. Женщина мягко пояснила:

— Мы можем вас обучать — например, как пользоваться Предметами. И многому другому.

— Я уже стар для этого, — сердито сказал Хранитель. — Вот ее.

Он вытолкнул меня вперед. Я на всякий случай сказала:

— Не хочу.

В жизни не стала бы так пререкаться с Дрофой, да еще при людях из чужого племени: так и по шее можно схлопотать, но Скарабей как ни ворчал, а ни разу даже оплеухой меня не наградил. Но, видно, ему тоже стало неловко, потому что он сделал свирепое лицо и сказал:

— Тебя не спрашивают.

— Не бойся, девочка, — по-прежнему мягко сказала женщина, — тебя никто не обидит.

— Вы тут меня будете учить?

Они переглянулись. Потом мужчина сказал:

— Скорее всего, нет. Я думаю, будет удобней это делать у нас.

— Я что, поеду в ваше становище? До него же верхом полдня пути!

— Мы будем тебя возить, — вмешалась женщина. Она все время вмешивалась — наши себя так не ведут.

— Разве тебе не интересно?

— Еще чего!

Они не стали больше спорить — повернулись и направились к выходу. Я уже решила, было, что они передумали, но на пороге мужчина обернулся.

— Я на днях за ней заеду, — сказал он, — до свиданья, отец.

И вышел.

— Ну и дела! — сказала я. — Я боюсь!

— Они еще никому не причинили зла, — заметил старик.

— Все равно. Они же чужаки! Пришлые! Вон, болтают не по нашему — ты понял, о чем они говорили?

— Немного. Что, похоже, от первоначального плана придется отступить; они побывали и в других Домах, но с нашим им удобней иметь дело, потому что он ближний из всех. И еще — что, мол, потратили столько сил и времени, и все равно ничего непонятно.

— Что непонятно?

— Не знаю.

— Говорят какими-то загадками. Они вообще какие-то не такие. Вон, баба до чего нахальная — лезет со своими разговорами, да еще с мужиком спорит, как будто так и надо! Наши-то свое место знают. Это его жена?

— Может и нет, — ответил Скарабей.

— Она слишком молода, чтобы разгуливать в обществе постороннего мужчины!

— У них все не так, как у нас. Ты же читала!

— Подумаешь, читала! Мало ли, что раньше было…

— То, что было когда-то может и вернуться, глупая ты птица. Они похожи на тех…

— Ну, по воздуху они, может, и летают, как те, прежние, — согласилась я (опять же, сама я не видела, но говорили, что воздушные лодки Звездных Людей даже не имеют крыльев, а летают как миленькие), — но что, у них тоже каждый малолетка умеет разбирать Записи? Да и зачем? А может, у них в Доме воды хоть залейся? Ты скажи, еще и горячей!

— Во-первых, горячая вода и раньше была далеко не в каждом Доме, — сухо возразил старик, — а что касается Записей… Это зависит от обычаев. Откуда ты знаешь, как оно у Звездных Людей? Может, все так и есть?