– Чтобы поскорее выдать меня замуж, – пробормотала она, стыдясь и теткиного мелочного эгоизма, и своего неумения распознать его вовремя.

– Вот именно. Злобная старая сука.

– Да! – свирепо согласилась Кассандра. – Злобная старая…

– Давай-давай! Не стесняйся!

– Сука!

Она зажала себе рот ладонью – сперва от ужаса, а потом чтобы заглушить неудержимо, как пузырьки шампанского, вскипающий в груди смех.

– Умница, – с гордостью заметил Риордан.

– Гиперметропия, – вынес мистер Уоппинг свой приговор, положив на стол лупу. – Вы не видите расходящихся лучей от близко расположенных предметов, моя дорогая. Это называется дальнозоркостью.

– О Боже! – воскликнула Кассандра, ломая руки. – Это значит… я ослепну?

– Все не так уж страшно, – снисходительно усмехнулся почтенный лысеющий аптекарь. – Подберите оправу себе по вкусу, а я через недельку-другую изготовлю для вас выпуклые линзы. Вот взгляните, эти три фасона предназначены для дам. Какой вам больше по душе?

Всеми силами стараясь скрыть свое замешательство, Кассандра взглянула на три пары очков, лежавших на бархатной подставке. Она не считала себя тщеславной, но ей страшно было представить, какой дурнушкой она будет выглядеть в очках.

– Так вы считаете, что они нужны только для чтения? – спросила она с надеждой.

– Пока вы не состаритесь, – заверил ее аптекарь. – Тогда я сделаю вам франклиновское пенсне для постоянного ношения.

– Франк…

– Франклин – это один известный американец. Касс. Я дам тебе почитать его книги, и ты познакомишься с ним поближе, – со смехом пояснил Риордан.

Он отлучился по делу, пока аптекарь проверял ее зрение, и теперь вернулся, внеся с собой волну теплого летнего воздуха.

– У вас все готово? Каков вердикт?

– Ги-пер-мет-ро-пия, – по слогам сказала Кассандра. – Я хорошо вижу вдаль, но не вижу вблизи.

– Я так и думал. Где же твои очки?

– Это займет две недели.

– Что? Нет, так не пойдет, они нужны нам прямо сейчас. Самое позднее – к концу этой недели. А что насчет оправы? Неужели у вас ничего нет, кроме этих трех? Нам нужно что-нибудь полегче, потоньше… что-то более женственное. И еще: мне кажется, ей больше к лицу серебряная оправа, а не золотая. Как вы думаете? На, Касс, примерь-ка вот эти.

Сильно покраснев под его пристальным взглядом, Кассандра нацепила на нос очки в оправе, которые он ей протянул.

– Я уродина, да?

Риордан ответил не сразу, продолжая смотреть на нее с едва заметной улыбкой.

– Я думал о том, как приятно будет их снимать, – ответил он наконец.

Она нахмурилась, ничего не понимая. Он решительно повернулся к мистеру Уоппингу.

– Вот эта форма нам подходит, но пусть оправа будет из серебра и гораздо тоньше. А главное, очки должны быть готовы к пятнице. Вы с этим справитесь?

Мужчины заспорили, а Кассандра тем временем засмотрелась на себя в маленькое ручное зеркальце, постепенно убеждаясь в том, что очки не только не изуродовали ее, нет, они изменили ее внешность самым выгодным образом. В очках она выглядела старше, серьезнее. Она подняла брови и поджала губы. Да, в очках у нее появился умный взгляд! Как у классной дамы, подумала Кассандра, как у мадемуазель Дюпюи в школе на улице Сен-Клер.

Она радостно рассмеялась, но тут же умолкла: смех разрушил ее новый облик. Она опять вернулась к поднятым бровям и поджатым губам, поворачивая голову, чтобы взглянуть на себя в профиль. В это время позади нее открылась и вновь закрылась входная дверь.

– Это вы, Филипп, не так ли? – осведомилась высокая дородная дама средних лет в старомодном темно-бордовом туалете.

Она с надменным и снисходительным видом смотрела на Риордана в лорнет с ручкой из слоновой кости. Взгляд классной дамы с поднятыми бровями и поджатыми губами, который только что примеряла к себе Кассандра, у этой леди получался куда лучше.

– Леди Селена! – приветствовал он ее, поднося к губам томно протянутую ему руку. – Как поживаете? Позвольте представить вам мисс Мерлин. Кассандра, это леди Селена Стронг, старинный друг моей семьи.

Кассандра вежливо присела в реверансе и поздоровалась. Вместо ответа леди Селена Стронг уставилась на нее в лорнетку, как на таракана, ползущего по стене. Бесцеремонный осмотр затянулся до бесконечности; стало ясно, что титулованная дама не собирается отвечать на приветствие и будет молча разглядывать ее, пока не удовлетворит свое грубое любопытство.

Девушку рассмешила нелепость ситуации. Если бы наглость этой женщины была не такой откровенной, не такой вопиющей, Кассандра не стала бы на нее реагировать, но теперь ее точно бес толкнул. Сняв очки, она сложила одну дужку, за другую взялась, как за ручку лорнета, а затем поднесла Их к носу и сама уставилась на леди Селену, в точности передразнивая высокомерную позу и взгляд ее светлости. Прошло несколько томительных секунд, пока обе женщины в ледяном молчании смотрели друг на друга сквозь линзы. Кассандра решила ни за что не отводить взгляд первой, даже если придется стоять тут до скончания века. Нервное покашливание Риордана едва не вывело ее из равновесия, но она все-таки сумела сохранить выдержку. Полвека спустя леди Селена наконец опустила свой лорнет. Вид у нее был запыхавшийся.