Здесь - никаких тонкостей с ядами: молодцов уложили из карабина 7,26 с громоздким, но эффективным самодельным глушителем. Карабин лежал на кухонном столе. Из кухни в гостиную вела дверь. Прямо против этой двери - широко распахнутая дверь в комнату, где лежали мертвые воры. Лежали они возле фасадной стены, как будто их выстроили там перед расстрелом.

Серые обои были забрызганы кровью и в нескольких местах пробиты - там, где пули прошли навылет. Молодые глаза Джека Конихана приметили на обоях пятно, которое не было случайным. Над самым полом, рядом с Дрожащим Мальчиком, и правая его рука была испачкана кровью. Он писал на стене перед смертью, макая пальцы в свою и Цьшы Сальды кровь. В буквах были просветы и разрывы - там, где на пальце кончилась кровь, а сами буквы кривились и прыгали, потому что писал он, наверное, в темноте.

Заполнив просветы, распутав петли и угадывая там, где прочесть было вообще нельзя, мы составили два слова: Большая Флора.

– Мне это ничего не говорит, - высказался Дафф, - но это - имя, а большинство известных нам имен принадлежит уже покойникам, так что добавим и его в список.

– Как это понять?
– глядя на тела, спросил О'Гар, круглоголовый сержант из отдела тяжких преступлений.
– Приятели выстроили их у стены под дулами пистолетов, а потом стрелок перещелкал их с кухни - пах-пах-пах-пах-пах-пах?

– Похоже на то, - согласились мы хором.

– Десятеро прибыли сюда с Филмор-стрит, - сказал я.
– Шестеро остались здесь. Четверо отправились в другой дом... И сейчас кто-то из них кого-то убивает. Нам нужно только следовать за ними от дома к дому, покуда не останется только один... а уж он сам доиграет игру, прикончив себя своими руками, и добычу оставит нам в тех же пачках, в каких ее взяли. Надеюсь, вам не придется разъезжать всю ночь в поисках последнего трупа. Джек, пошли домой спать.

Было ровно пять часов утра, когда я отвернул пододеяльник и забрался в постель. Я уснул раньше, чем выпустил дым последней затяжки. Телефон разбудил меня в четверть шестого. Говорил Фиск:

– Только что звонил Мики Линехан - полчаса назад твой Рыжий 0'Лири вернулся на насест.

– Пускай его арестуют, - сказал я и снова уснул в 5.17. В девять под звон будильника я выполз из постели, позавтракал и отправился в бюро уголовного розыска, чтобы узнать, что у них с Рыжим. Оказалось, ничего хорошего.

– Вывернулся, - сказал мне капитан.
– Что касается налета и ночных дел - у него алиби. Не можем обвинить даже в бродяжничестве. Имеет заработок. Торгует Универсальным энциклопедическим словарем полезных и повседневных сведений Хампердикеля - так, кажется. Начал таскаться с книжонками за день до налета - и во время налета звонил в двери и уговаривал людей купить свой дурацкий словарь. По крайней мере, у него есть свидетели, которые это подтвердили. Ночью был в гостинице с одиннадцати до четырех тридцати, играл в карты, имеет свидетелей. Ни черта не нашли ни на нем, ни в его номере.

Тут же, из кабинета, я позвонил Джеку Конихану.

– Ты бы смог опознать кого-нибудь из тех, кого видел ночью в машинах? спросил я, когда он вылез наконец из постели.

– Нет. Было темно и шли они быстро. Свою-то гориллу едва разглядел.

– Не узнает, да?
– сказал капитан.
– Ну что ж, я могу продержать его двадцать четыре часа, не предъявляя обвинения, и сделаю это, но если ты ничего не отроешь, придется отпустить.

– А что, если отпустить сейчас?
– предложил я, покурив с минуту и подумав.
– У него кругом алиби, и прятаться от нас незачем. Оставим его на день в покое - пусть убедится, что за ним не следят, - а вечером сядем ему на хвост и не слезем. Есть что-нибудь по Большой Флоре?

– Нет. Парень, убитый на Грин-стрит, - Берни Бернхаймер, он же Маца, вероятно, карманный вор, крутился среди фирмачей, но не очень...

Его прервал телефонный звонок. Он сказал в трубку:

– Алло. Да. Одну минуту, - и придвинул аппарат ко мне.

Женский голос:

– Это Грейс Кардиган. Я звонила вам в агентство, и мне сказали, где вас найти. Мне надо с вами увидеться. Можно прямо сейчас?

– Где?

– Телефонная станция на Пауэлл-стрит.

– Буду через пятнадцать минут, - сказал я.

Позвонив в агентство, я вызвал к телефону Дика Фоули и попросил его сейчас же встретиться со мной на углу Эллис- и Маркет-стрит. Затем я отдал капитану его телефон, сказал: "До скорого" - и отправился на свидание.

Дик Фоули уже ждал меня на углу. Этот маленький смуглый канадец, ростом под полтора метра - на высоких каблуках, - весил минус сорок килограммов, разговаривал как телеграмма скопца, и мог проследить за каплей соленой воды от Сан-Франциско до Гонконга, ни разу не выпустив ее из виду.