Она смотрела на меня через его плечо.

— Вам не надо было говорить так, майор. Вы очень плохо поступили.

Она, закрыв лицо руками, бросилась на койку, и сухие рыдания сотрясли ее тело. Бинни опустился на колени возле нее, словно верный пес. Его закованные в наручники руки лежали на ее колене. Она запустила пальцы в его волосы. Немного погодя она снова подняла взор. И ее лицо снова стало холодным, но в глазах была видна усталость.

Она сказала упавшим голосом:

— Сегодня после полудня я говорила с командиром антримской бригады официальной ИРА. Это тот самый человек, чьи люди ждали нас на берегу в месте высадки прошлой ночью. Вам будет интересно узнать, что он в течение часа был уведомлен о вчерашнем приезде Мейера в Ренделл-Коттедж, как он узнает о прибытии любого чужого человека. К несчастью, Фрэнк Берри и его организация пользуются здесь не меньшим влиянием. Вам также будет интересно узнать, что и ему тоже сообщили о вашем друге Мейере через час после того, как он приехал в Ренделл-Коттедж. Ему в эти дни немедленно докладывают о любом незнакомом человеке, который появляется в здешних местах. К сожалению, здесь у Фрэнка Берри и его организации не меньший вес, чем у нас.

— И все могло случиться прошлой ночью?

— Именно так. Произошла утечка информации, но на берегу было не менее двадцати человек. И среди них мог найтись один. Насколько я знаю Берри, он достаточно хитер, чтобы оставить одного-двух симпатизирующих ему человек в рядах официальной ИРА, когда он выходил из нее.

Это звучало правдоподобно. И создалось впечатление, что я был настолько не прав, насколько это вообще возможно.

Я сказал:

— Ну, хорошо. Вы говорили со своим дядей?

— Говорила.

— Где он сейчас?

Она подняла взгляд, и ее гнев был виден без слов.

— Я скорее сгорю в адском огне, чем скажу вам.

Я не представлял, что могло произойти потом, но тут вдруг открылась дверь, и появился констебль полиции.

— Не будете ли любезны пройти со мной, мадам? — обратился он к Hope.

— Куда вы меня ведете? — с вызовом спросила она.

— К ближайшей стенке, — вмешался я. — Там вас ожидает расстрельная команда. Дурная привычка британской армии, или вы не верите собственной пропаганде?

Она быстро вышла, словно клиппер под всеми парусами, а констебль запер дверь. Я обернулся и увидел Бинни. Он сидел на кровати и смотрел на меня.

— Зачем надо было это говорить, майор?

— Сам не знаю, — пожал я плечами. — Мысль показалась удачной. Должно быть какое-то объяснение.

— Разве она вам его не дала? — сердито спросил он. — Боже правый, не хочу больше об этом слышать!

Он с горящими глазами вскочил на ноги, вытянул вперед руки, скованные наручниками. Я подумал, что он сейчас нападет на меня. Но тут снова растворилась дверь, и появился тот же констебль, но на этот раз у него за спиной стоял сержант-десантник.

— Майор Воген, сэр! Не угодно ли пройти с нами?

Они были чересчур вежливы, чтобы им можно было верить. Я подмигнул Бинни и вышел. Полицейский констебль шел впереди, сержант-десантник сзади.

Мы вышли через переднюю дверь во двор и пошли под проливным дождем к зданию, напоминающему церковный зал. Вход в здание был защищен ограждением из мешков с песком. Около крупнокалиберного пулемета стоял часовой. Мы прошли мимо него по короткому коридору и остановились у двери в его конце. Сержант постучал, и, когда он открыл дверь, я увидел генерала, сидящего за столом в крошечном кабинете, где царил беспорядок.

— Майор Воген, сэр! — доложил сержант.

Генерал поднял голову:

— Благодарю вас, Грей. Введите майора и ждите снаружи. И постарайтесь, чтобы нас никто не беспокоил.

Я вошел в комнату, и дверь за мной закрылась. Генерал откинулся на спинку стула и оглядел меня:

— Кажется, вы пока живы.

— Только пока.

Он встал, принес стул из угла комнаты и поставил рядом со мной.

— Прошу извинения за наручники. Надо создать видимость для всех.

— Понимаю.

— Могу предложить вам сигарету и стаканчик шотландского виски.

Он достал из ящика стола бутылку «Белой лошади» и стаканы, и я сел.

— Здесь довольно уютно.

Он подвинул стакан ко мне, чтобы я мог дотянуться, и налил его наполовину.

— Здесь была воскресная школа. А это кабинет директора. Странно, не правда ли?

— Думаю, что да.

Он потянулся через стол, чтобы передать мне сигарету.

— Расскажите-ка мне о вашем рейсе из Шотландии.

Этот рассказ отнял не много времени. Когда я умолк, он спросил:

— Прибыв сюда утром, вы звонили Мейеру?

— Звонил. Он сказал, что немедленно свяжется с вами. И попросил быть в коттедже к трем тридцати.

— Когда вы приехали, он был уже мертв?

Я кивнул.

— А вы тоже были там?

Он снова открыл бутылку «Белой лошади» и плеснул мне в стакан еще виски.

— Я приехал в Ренделл-Коттедж точно в четыре двадцать, раньше никак не мог. Когда Мейер звонил, я просил задержать вас до моего приезда.

— И обнаружили что-то вроде бойни?