СМОЛЕНСКИЙ РЫНОК Смоленский рынок Перехожу. Полет снежинок Слежу, слежу. При свете дня Желтеют свечи; Всё те же встречи Гнетут меня. Всё к той же чаше Припал - и пью... Соседки наши Несут кутью. У церкви - синий Раскрытый гроб, Ложится иней На мертвый лоб... О, лёт снежинок, Остановись! Преобразись, Смоленский рынок! 12-13 декабря 1916 Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

* * * О будущем своем ребенке Всю зиму промечтала ты И молча шила распашонки С утра до ранней темноты.

Как было радостно и чисто, Две жизни в сердце затая, Наперстком сглаживать батиста Слегка неровные края...

И так же скромно и безвестно Одна по Пресне ты прошла, Когда весною гробик тесный Сама на кладбище снесла. 18 октября 1917 Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

ВЕСНОЙ В грохоте улицы, в яростном вопле вагонов, В скрежете конских, отточенных остро подков, Сердце закружено, словно челнок Арионов, Сердце недвижно, как месяц среди облаков. Возле стены попрошайка лепечет неясно, Гулкие льдины по трубам срываются с крыш... Как шаровидная молния, сердце опасно И осторожно, и зорко, и тихо, как мышь. [1916] Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

* * * Хорошие стихи меня томят, Плохие же так милы почему-то: Они души не жалят, не язвят, В них теплота домашнего уюта. Вот - истинно приятный лимонад. [Они легки, как шелковый халат.] Для гениев всего одна минута Есть у меня. Зато бездарность...- о, Я вечер целый трачу на нее. [1916-1917] Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

* * * В заботах каждого дня Живу,- а душа под спудом Каким-то пламенным чудом Живет помимо меня.

И часто, спеша к трамваю Иль над книгой лицо склоня, Вдруг слышу ропот огня И глаза закрываю. 14 декабря 1916 - 7 января 1917 Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

НА ГРИБНОМ РЫНКЕ Бьется ветер в моей пелеринке... Нет, не скрыть нам, что мы влюблены: Долго, долго стоим, склонены Над мимозами в тесной корзинке.

Нет, не скрыть нам, что мы влюблены! Это ясно из нашей заминки Над мимозами в тесной корзинке Под фисташковым небом весны.

Это ясно из нашей заминки, Из того, что надежды и сны Под фисташковым небом весны Расцвели, как сводные картинки...

Из того, что надежды и сны На таком прозаическом рынке Расцвели, как сводные картинки,Всем понятно, что мы влюблены! 18-19 февраля 1917 Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

БУРИМЕ Огни да блестки на снегу. Исчерканный сверкает лед. За ней, за резвою, бегу, Ее коньков следя полет.

И даже маска не упала. Исчезла, к[а]к воспоминанье, Костюмированного бала Неуловимое созданье.

Теперь давно уже весна, Мой пыл угас, каток растаял, Покрылась шишками сосна... Но этот сон меня измаял. [Конец 1917] Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 19 1000 96.

СНЫ Так! наконец-то мы в своих владеньях! Одежду - на пол, тело - на кровать. Ступай, душа, в безбрежных сновиденьях

Томиться и страдать!

Дорогой снов, мучительных и смутных, Бреди, бреди, несовершенный дух. О, как еще ты в проблесках минутных

И слеп, и глух!

Еще томясь в моем бессильном теле, Сквозь грубый слой земного бытия Учись дышать и жить в ином пределе,

Где ты - не я;

Где, отрешен от помысла земного, Свободен ты... Когда ж в тоске проснусь, Соединимся мы с тобою снова

В нерадостный союз.

День изо дня, в миг пробужденья трудный, Припоминаю я твой вещий сон, Смотрю в окно и вижу серый, скудный

Мой небосклон,

Всё тот же двор, и мглистый, и суровый, И голубей, танцующих на нем... Лишь явно мне, что некий отсвет новый

Лежит на всем. 17 декабря 1917 Владислав Ходасевич. По бульварам. Стихотворения 1904-1937 гг. Из поэтического наследия. Москва, "Центр-100", 1996.

* * * Я знаю: рук не покладает В работе мастер гробовой, А небо все-таки сияет Над вечною моей Москвой.

И там, где смерть клюкою черной Стучалась в нищие дворы, Сегодня шумно и задорно Салазки катятся с горы.

Бегут с корзиной ребятишки, Вот стали. Бурый снег [летит] скрипит И белый голубь [из-под] крышки В лазурь прозрачную летит.