Вернулась Филлида.

— Вот-вот подадут кофе, — сказала она. — А пока я хочу показать мисс Лэнсдон дом.

— После кофе, — сказал Роланд.

— Нет, сейчас. Это займет всего несколько минут. — Она состроила гримаску. — Показывать здесь особенно нечего, так что я управлюсь за пять минут, как раз к тому времени, когда появится кофе. Знаете ли, это не замок Бурдон. Я не перепутала название?

Оно запомнилось мне, потому что я слышала его раньше.

— Да, совершенно верно.

— Полагаю, он огромный и впечатляющий.

— Пожалуй, так.

— Ну, давайте осмотрим наш убогий приют. Ты оставайся здесь, Ролли, на случай, если Анжелика принесет кофе.

Из гостиной она провела меня наверх по винтовой лестнице. На следующем этаже было две комнаты.

— Это — лучшая в доме спальня, мои владения.

Роланд настоял на том, чтобы я поселилась именно здесь. А в другой комнате у нас то ли гардеробная, то ли гостиная. Здесь есть еще один этаж… скорее чердак.

Мы поднялись по лестнице в комнату, где часть потолка была наклонной и нужно было нагибаться, чтобы подойти к небольшому окну, выходившему на лужайку с цыплятами. Теперь там появились и гуси.

Филлида рассмеялась.

— В своем роде это даже забавно. Я уверена, это очень отличается от вашего замка. Роланд спит здесь. Трудновато, конечно, все время забираться сюда, но и забавно. Временно, разумеется.

— Ну вот, это все. Замок Фицджеральд. А теперь — вниз, пить кофе.

С кофе она не преувеличила. Он оказался великолепным.

Я находила их обоих интересными людьми, и мне нравилась их очевидная привязанность друг к другу.

Они дали мне почувствовать, что гость-англичанин особенно приятен им.

— Как чудесно, что можно нормально поговорить, правда, Роланд? Вместо того, чтобы выжимать из себя слово за словом. Причем, если удается составить осмысленную фразу, в ответ они разражаются немыслимой скороговоркой, ошибочно решив, что ты владеешь их языком. И уж тогда тебе совсем конец, — засмеялась .Филлида.

Они хотели узнать обо мне побольше. Я понимала, что они помнят о случившейся трагедии, поскольку они тщательно старались избегать этой темы. Наконец я сама сказала:

— Мой отец был застрелен возле нашего дома.

Возможно, вы читали об этом.

— Да, — тихо подтвердил Роланд. — Должно быть, это стало для вас ужасным потрясением.

Я кивнула.

— Но у меня много добрых друзей, и особенно — моя сестра. Правда, она живет в Корнуолле, а это довольно далеко от Лондона.

— Вероятно, вы часто навещаете ее, — сказал Роланд. — Да, и надеюсь еще не раз съездить туда. Мне кажется, она предпочла бы, чтобы я переехала туда и жила вместе с ее семьей.

— Но вы еще не решили? — спросила Филлида — .

— Ну, я чувствую себя несколько…

Они обменялись взглядами, и я поняла, что они постановили сменить тему.

— Пожить некоторое время в деревне любопытно и даже занятно, — сказал Роланд, — правда, сомневаюсь, чтобы это продолжалось долго.

— А где ваш дом? — спросила я.

— Вообще-то мы из Йоркшира. Мы занимаемся шерстью. Но мне приходится много бывать и в Лондоне. У нас там есть небольшая квартирка. Рано или поздно все замыкается на Лондоне. В свое время мой отец решил, что нам нужна там контора, чтобы лучше управляться с делами, хотя большей частью, конечно, все делается в Йоркшире. Отец умер как раз после того, как открыл контору, которой должен был руководить я.

— Давайте выпьем еще кофе, — предложила Филлида. — Анжелика проявляет неудовольствие, если мы не отдаем должное ее искусству.

— Обычное явление у хороших поваров, — добавил Роланд.

— И долго вы собираетесь оставаться во Франции? — спросила Филлида, наполняя мою чашку.

— Я еще не знаю. Многое зависит от Белинды.

— Она путешествует вместе с вами?

— Да. — Я почувствовала необходимость дать некоторые объяснения. — Это племянница Моей мачехи.

Именно ее отец владеет этим замком.

— Понятно, — сказал Роланд.

— Надеюсь, вы тоже немножко задержитесь, — добавила Филлида. — Встретить в чужой стране соотечественника — всегда большая радость.