Прошло каких-то полчаса, и он уже стоял на гребне, а когда глянул вниз, то вновь увидел его, свой город. Глубоко под ним террасообразно громоздились сотни и тысячи крыш. Он удивленно смотрел вниз, тщетно отыскивая на широких улицах признаки хоть какого-то движения, хоть струйку дыма над какой-нибудь из множества труб. Но город был пуст, рекламные щиты уже не светились, краски потускнели, самый высокий из небоскребов обрушился, заросли сорняков скрывали стены вилл, многие крыши провалились, обнажив внутренности домов.

С неожиданно охватившим его дурным предчувствием он оглянулся и действительно увидел то, что ожидал. Над дорогой, где он оставил машину, теперь кружила стая воронов, а внизу вместо автомобиля валялась куча ржавого железа, посреди которой краснел одинокий заплечный мешок. В какое время его занесло? Что осталось от того, ради чего он жил? Лишь он один! И его одолела такая слабость, что не было сил продолжать путь. Он лег на голую землю и уставился в небо. Оно было прежним; неизменными остались двое - он и небеса, то ли они спустятся к нему, то ли он вознесется ввысь. В момент, когда он уже начинал возноситься, послышалась приближающаяся музыка, потом он различил нежные шажки танцующей коломбины и поступь индейской Марии. Какое блаженство вот так лежать и прислушиваться к близящимся шагам. Танцуя, они подошли к нему, и он ощутил нежное прикосновение руки.

– Что с вами, тиито?
– Он узнал девушку, которую оставил в машине.
– Я испугалась, не стало ли вам плохо.

Вместе с ней он начал спускаться вниз. Вспомнил, что предлагал ей в этом городе сад с виллой. Он и правда с радостью одарил бы ее, но, похоже, девушка не приняла бы его дара. Да и город уже не был живым. Он почувствовал неуверенность.

– А как насчет виллы в этом городе?
– И он показал рукой в его сторону.

– В каком городе?
– удивленно спросила она.