— Вот… Растет медленней, чем можно было предположить. И не такие, как у других магов. Интересно. Ишмир оказался не прав.

— Что… о чем вы говорите? — Она отдернула голову, почувствовав, что прикосновение чем-то взволновало ее. Одновременно Дрейфитт отпустил ее руку.

— Среди ваших великолепных золотистых локонов есть один серебряный, принцесса Эрини. Серебра будет становиться больше по мере роста ваших способностей. Скоро — скорей, чем вы думаете, — скрыть их уже не удастся. Прежде чем это случится, вы должны решить, что будете делать.

Меньше всего этим утром она была готова к подобному разговору. Эрини отступила и затеребила платье — больше для того, чтобы успокоиться.

— Вы сами не понимаете, что говорите! Простите меня, мастер Дрейфитт, но я должна вернуться в свои покои. Я плохо себя чувствую.

Но старый колдун вновь удержал ее.

Он был невообразимо силен, хотя лишь несколько минут назад шатался от изнеможения. Глаза Дрейфитта горели:

— Не повторите моей ошибки, миледи. Лучше оттачивать способности, даже если они не нужны. Я хочу помочь вам, принцесса. Я сам прошел через этот страх и отлично понимаю вас. Я смогу вас обучить. У вас нет выбора: ваши способности будут расти, хотите вы того или нет.

— Отпустите меня, — ледяным голосом велела Эрини.

Дрейфитт подчинился, но не умолк.

— Подумайте над моими словами. Я скажу честно: в будущем мне может понадобиться помощь. — Она удивленно подняла брови, и колдун поспешно добавил:

— То, о чем я вас попрошу, пойдет только на пользу Меликарду. Я желаю ему добра, как и вы, и думаю, что женившись, он избежит участи своего отца, если не худшей.

Эрини терялась в сомнениях. В словах Дрейфитта слишком многое казалось правдой или, по меньшей мере, звучало убедительно. Ей хотелось обратиться к нему за помощью… но мешал страх лишиться всего — репутации, Меликарда… Может, наедине с собой она сможет разогнать туман, сгустившийся в голове.

Когда Эрини чопорно двинулась прочь, колдун произнес вслед:

— Я надеюсь, когда вам полегчает, Ваше Величество, мы сможем продолжить этот разговор.

Она не ответила.

Трон был ему впору. Когтистые пальцы вцепились в хрустнувшие подлокотники. Он улыбнулся при мысли о том, как остальные склонятся перед ним, признав его законные права. «Наследников коснулась людская порча, — думал Серебряный Дракон. — Они слишком долго прожили вместе с людьми». В этом виноват повелитель леса Дагора Зеленый Дракон — предатель, якшающийся с людьми! Когда погиб Золотой Дракон, предатель Зеленый захватил королевских наследников и отдал Кейбу Бедламу — этому чудовищному порождению человеческой расы. И потомки Императора, которые должны были стать Королями-Драконами, превратились в человечьих щенков.

«Остается лишь одно. Наследников нужно убрать, пока они не стали куклами в руках других предателей. Я положу начало новой династии — своей. Мои права самые весомые. Они в этом убедятся. Я заставлю их убедиться».

— Я вернулся не для того, чтобы смотреть, как ты дремлешь в продавленном кресле.

Король-Дракон подскочил:

— Будь ты проклят, волшебник! Предупреждай перед тем, как войти!

Сумрак вышел из темного прохода и огляделся:

— Где твои бравые воины? Ищут новые игрушки взамен разбитого кристалла?

— А в чем дело?

Кристалл нанес сразу два удара по самолюбию дракона. Мало того, что он разбился, так еще и пещера враадов и соседние с ней до сих пор остаются недоступными. Дым, выползший из древнего талисмана, и не думает рассеиваться. Даже Сумрак, который искал Серебряного Дракона, не смог туда войти.

Темный волшебник так и не объяснил, почему все же решил вступить в союз с Серебряным Драконом. Но не из-за тех предметов, что обнаружил Король-Дракон (хотя один из них Сумраку нужен — по крайней мере, он помнит о нем), и не потому, что у них общие цели. Сумраку все равно, кто станет Императором, лишь бы это не мешало ему.

— Да ничего. — Сумрак наконец ответил на вопрос дракона. — Пусть ищут.

— Ну а ты? — Глаза серебристого ящера сверкнули. — Ты нашел то, что искал?

— Ты сказал, она во дворце.

— Она во дворце и есть. Волшебник покачал головой.

— Чуть позже я поищу еще раз. Что-то здесь неладно. — В обычно бесстрастном голосе почудилась улыбка. — Я добрался до личных покоев невесты короля. Боюсь, ей будут долго сниться кошмары, и она доведет Меликарда до помешательства.

Серебряный Дракон усмехнулся:

— Это пустяки по сравнению с тем, что я собираюсь сделать с этой трусливой человечьей падалью! Талак постигнет судьба Мито Пика, но он не возродится — возрождаться будет нечему! А после Талака наступит очередь Пенаклеса…

— А почему не Гордаг-Аи, что находится в Эседи? Твой брат умер, его клан рассеялся, ты можешь предъявить права и на его королевство. Приучи своих подданных повиноваться. Именно в этом и состоит истинная власть.

Королю-Дракону явно понравилась эта мысль.

Гордаг-Аи станет легкой добычей и укрепит дух драконьих кланов. А Сумрак, заняв делом союзника, выиграет драгоценное время. Может, ему удастся вспомнить, что он должен предпринять и имеет ли на это право.