Но вместо этого у него вырвалось:

— Помните, о чем вы говорили мне три года назад, Ариель?

Девушка, склонив набок голову, смотрела на Берка, пытаясь понять, что тот имеет в виду. Конечно, они по-прежнему жили в ней, эти чувства, которые она испытывала тогда, чувства, разбуженные Берком и пылавшие еще долго после того, как он покинул ее.

Она сказала ему, что будет ждать его вместе с остальными дамами.

— О нет, — подумала Ариель, качая головой, и нерешительно улыбнулась:

— О чем вы?

Берк хмыкнул, пытаясь скрыть охватившее его напряжение:

— Вижу, вы стали изменчивой и непостоянной. Нужно немедленно сменить тему разговора, пока они не оказались на опасной почве.

— Ваша жена в Рейвнсуорте? Как ее зовут? У вас есть дети?

Берк удивленно вскинулся и поднял брови:

— Почему вы считаете, что я женат? Потому что ты должен быть давно женат и иметь детей!

— Просто мое предположение. Вы граф и нуждаетесь в наследнике.. Стали старше, взрослее и…

Она потрясение замолчала, смутившись Настолько, что не могла поднять на него глаза, и только беспомощно разглядывала стебельки травы. Теперь на юбке наверняка останутся зеленые пятна!

— Я был достаточно взрослым три года назад, в такой же полдень. Насколько я припоминаю, вы сами это сказали.

— Я была ребенком, глупым, доверчивым ребенком. И ничего не знала.

Откуда такая неподдельная горечь? Что произошло? Неужели все из-за Пейсли Кохрейна?

— Я вернулся, чтобы выполнить свой долг, — спокойно ответил Берк. — Как граф Рейвнсуорт, я должен обзавестись наследником. А для этого мне необходима жена.

Берк улыбнулся девушке, и несмотря на все благие намерения, в глазах его светилась щемящая нежность, которую он испытывал в этот момент.

— Нет ли у вас каких-нибудь соображений на этот предмет? Может, порекомендуете невесту?

«Нет, — с ужасом думала Ариель, — он имеет в виду совсем не то, что я думаю. О нет. Он не может хотеть такую, как она, не может желать подобную жену, грязную, запачканную, опозоренную…» И это означает, что она должна ложиться с ним в постель, делать все омерзительные вещи, снова терпеть побои и плакать от сознания собственной беспомощности и боли.

Ариель неожиданно поняла, что снова в ужасе трясет головой, и поспешно вскочила:

— Нет, я над этим не задумывалась. Собственно говоря… в округе много прелестных дам, и я уверена, вы скоро с ними познакомитесь. А теперь я должна ехать. Правда должна.

Берк молча смотрел на нее, замечая, как стынет ужас в этих ясных глазах, но попытался удержать ее.

— Прошу, останьтесь, хотя бы еще ненадолго. — мягко, осторожно попросил он.

— Я не должна быть здесь одна, с вами.

— Когда вам было пятнадцать, подобные вещи вас не волновали. А меня не волнуют и сейчас. Останьтесь, надо же нам снова познакомиться и вспомнить былое. Я с сожалением узнал о смерти сэра Артура. Вы получили мое письмо?

Ариель нерешительно наблюдала за ним. Берк казался достаточно сдержанным и спокойным. Возможно, она не так его поняла. Она сохранила о нем такие прекрасные воспоминания! Берк всегда вел себя как истинный джентльмен, но все же… все же оставался мужчиной, и следовательно, непредсказуемым созданием. которому нельзя было доверять.

— Да, я получила ваше письмо. Спасибо. Конечно, я не могла ответить.

— Понимаю. Вы были тогда слишком молоды. Молода, глупа и доверчива.

— Как Ленни? И Поппет с Вирджи? «По крайней мере она не рвется уехать», — подумал Берк, но весело ответил:

— Ленни все такая же, и теперь, когда я дома, будет на кого жаловаться и кого считать причиной всех бед и несчастий. Пока что она изливает гнев на несчастного управляющего, Керлью. Но она совсем не злая и говорит, что соскучилась по вас. Что же касается моих племянниц… девочки весьма сообразительные и способные.

— Превосходно, — кивнула Ариель. «И это все?» — подумал Берк, разглядывая спокойные воды озера.

— Помню, мы с вами были друзьями, — сказал он вслух. — Теперь это не так?

Друзьями. Неужели это возможно — испытывать дружеские чувства к мужчине? Для этого нужно взаимное доверие, вещь, по ее опыту, совершенно недостижимая.

— Нет, — искренне призналась Ариель, — не думаю, что это так.

Это снова заставило Берка вскинуться:

— Но почему нет? У меня за это время не выросло второй головы, и я все еще сохраняю репутацию порядочного человека.

Он хотел произнести это легко, небрежно, но выражение лица Ариель оставалось сосредоточенно-серьезным, почти угрюмым. В этот момент Берк не сознавал, что представляет весьма реальную угрозу для Ариель. Она видела перед собой высокого широкоплечего мужчину, мускулистого и гибкого, гораздо сильнее ее, настолько сильнее, что может легко переломить Ариель одним пальцем, без особых усилий. А его красивое лицо вызывало в девушке еще большее недоверие. Мужчина, бывший когда-то мечтой молодой девушки, идеальным героем, и возможно, ни чем иным, как химерой, глупой фантазией, не имеющей ничего общего с реальностью. Но потом ее отец умер, и Эван получил право распоряжаться ее жизнью. Ариель выбросила из головы графа Рейвнсуорта так же легко, как любого другого мужчину, который появился бы в ее убежище.