И как это безголовая Ленка Маслова ухитрилась перепутать жестянки?

После уроков Игоря и Павлика, который сказал "во дает", водили к директору. Потом Игорь и Павлик водили к директору родителей...

В общем, дальше ничего интересного не было. Интересно другое. На следующий день про случай с жуком знала вся школа. Девятиклассники сказали, что достанут Игорю хоть цистерну эфира. Поэтому Игорь не бросил заниматься насекомыми. Он только все время жалел потерянного жука-рогача и мечтал найти нового.

С этой мечтой он и отправился в поход. Дело в том, что такого жука даже в музее Игорь не видел.

5. Васька и "кукушкин ершик"

Пока Игорю не везло. Жук-рогач не попадался. А может, он в лесу совсем и не водится? Игорь не знал.

Лес толпился у берегов. Острые макушки елок и пышные верхушки берез отражались в воде. Ящерка разбивала отражения на мелкие темно-зеленые кусочки.

Игорь шел, тоскуя о черном рогатом жуке. Заглядывал под каждый кустик. Жука не нашел, а на одном из березовых листков увидел гусеницу. Темно-оранжевую, с длинной черной щетиной.

– Кукушкин ершик!

Все подошли посмотреть на мохнатую находку. Гусеница и правда походила на ершик от ружейного шомпола. Таня спросила:

– А почему кукушкин?

– Так называется. Не я же придумал. Может, ее кукушки любят. Может, вкусная.

Умная Галина поджала губы.

– Ты, Васильков, хоть бы немного теорией занялся. Собираешь, что придется, а толку нет. Даже названий научных не знаешь.

Игорь полюбовался гусеницей, научного названия которой он не знал, и не спеша ответил умной Галине:

– Я сперва накоплю материал, а потом буду си-сте-ма-тизи-ровать.

Это было солидно сказано, и Галина промолчала. О находке она тут же записала в дневник, для научного названия оставила свободное место.

Игорь уже хотел отправить "кукушкиного ершика" в морилку. Но вперед вылез Лех.

– Минуточку, граждане!
– Лех подставил гусенице прутик, и она сразу обвилась вокруг него, превратилась в мохнатый шарик.
– Проведем проверку нервов. Не хватай, Гарька, ничего с ней не стрясется.

Гусеница завертела оранжевой головкой с черными точками-глазами: что еще с ней хотят делать?

Лех поднял прутик и пошел к Тане. Он мог смело проводить свой опыт: Сеня ушел вперед выбирать место для привала.

Но узнать, боится ли Таня гусениц, Лех не смог. Таня отломила от сухой березы порядочную дубинку, прищурила левый глаз и пообещала:

– Ну, сунься. Сразу носом в чернозем зароешься, как американская ракета со спутником.

Лех, ясное дело, не хотел изображать американскую ракету. Он повернул к Галине. Галина сказала:

– Я ужа запросто вокруг шеи могу узлом завязать. А ты? Можешь? Можешь?

– Лех, давай гусеницу, - велел Игорь.
– Замучаешь раньше времени.

– Сейчас, - сказал Лех.
– Последний опыт. Только поглядим, как она к барабанщику за шиворот поползет.

Васька остановился. Передернул лопатками.

– Чего ты, Лех, ко мне лезешь?
– жалобно сказал Васька, и круглые веснушки снова сморщились у него на носу.
– Я же тебе ничего не сделал. Лезешь и лезешь. Большой, да?

Толстые губы Леха растянулись в довольную улыбку. Он двигался медленно и торжественно.

– Ну, чего ты...
– опять начал Васька и прижался рюкзачком к березе.

– Хи, - сказал Лех.
– А барабанщик-то... нервный. Сейчас она тебя слопает, и привет с Сахалина. Бей тревогу!

– Лех!
– не выдержала Таня.
– Бессовестный!

Лех стал подносить "кукушкиного ершика" к Васькиному лицу. Васька поднял барабан, как щит. Он съежился. Он понял, что сейчас во весь голос заревет, потому что мохнатое страшилище извивалось на пруте и черными точками смотрело прямо в Васькины зрачки, огромные от ужаса. Черная щелочка рта прорезала голову "ершика". Оранжевые губы , наверное, были мясистые и холодные... Васька зажмурился и открыл рот...

– Алексей! Опять ты к Снегиреву привязался? Честное слово, лопнет мое терпение!
– Высокая Сенина фигура показалась из-за березок.

Васька закрыл рот и открыл глаза.

Над "кукушкиным ершиком" захлопнулась морилка.

6. Когда надо барабанить

Очень плохо бывает человеку, если выберут его барабанщиком, а он испугается какой-то маленькой гусеницы.

Васька уже не прыгает. И рюкзачок, где лежит лишь лыжная курточка, да пачка ванильных сухарей, кажется тяжелым. Гора на плечах.