От этих слов Потсон опять застонал и схватился за голову.

Лорд Гарри сдержанно улыбнулся и снова похлопал слугу по плечу:

– Об отступлении не может быть и речи, Потсон. Уже все решено, и план будет приведен в действие. Вспомните, что говорил Дэмиан: «Многие битвы были проиграны только из-за того, что генералы торопились менять свои планы и безосновательно отказывались от избранного пути».

– Я никогда не понимал, что мастер Дэмиан хотел сказать этим, – заметил Потсон. – Мне и сейчас не ясен смысл его слов, но это не имеет значения. Послушайтесь моего совета. Вам нужно вести себя крайне осмотрительно.

Он хотел добавить еще что-то, но не стал, зная всю тщетность разговоров. Его хозяин определил свою тактику поведения, и менять что-либо было уже поздно.

Лорд Гарри небрежно помахал ему рукой и фланирующей походкой с нарочитой беззаботностью молодого джентльмена, предвкушающего удовольствие от предстоящего вечера, вышел из комнаты.

Очень скоро вместе с сэром Гарри и мистером Скаддимором он уже катил по мостовой в нанятом ими экипаже. К этому времени веселья у него заметно поубавилось. Мысли его вернулись к лорду Оберлону. Не терпелось поближе посмотреть на этого человека, хотя заранее было ясно, что в глазах его не будет чувства вины. В этом у лорда Гарри сомнений не было.

– Никогда не видел нашего друга таким отрешенным, – заметил мистер Скаддимор, всматриваясь при тусклом свете в лицо приятеля. – Лорд Гарри, в чем дело, черт побери? Что с вами?

Молодой человек заставил себя на время забыть о лорде Оберлоне.

– Ничего особенного, Скадди. Просто вспомнилось мое первое появление в Лондоне. Это было, как вам известно, почти четыре месяца назад. Вот я и думаю, что в отличие от вас с Гарри я многого еще не успел посмотреть. И ничто мне здесь пока не наскучило.

Сэр Гарри Брэндон тихонько дотронулся золоченым набалдашником трости до колена лорда Гарри:

– С вами все ясно, сэр. Чем до сих пор еще не успели пресытиться, так это, наверное, женщинами. Но вы вели себя более чем скромно все это время. Это не в нашем вкусе. Знайте, вам грозит репутация скучного человека. В свете могут посчитать, что вы все дни проводите в глубокомысленных раздумьях и ни на что другое не способны. Если вы и дальше будете себя вести таким же образом, то через пару недель можете уже не рассчитывать на благосклонность высшего общества.

С этими словами Гарри Брэндон отодвинулся подальше, откинувшись на мягкую спинку кресла, и принялся изучать наружность приятеля, с притворной надменностью щуря свои холодные голубые глаза.

– В самом деле, лорд Гарри, вам нужно всерьез заняться вашим туалетом. Вы должны захватить нас с собой, когда в следующий раз надумаете отправиться к Вестону. Потсон, конечно, добросовестный камердинер, но он ничем не сможет помочь вам, пока у вас не будет надлежащего костюма. Я просто поражен. Неужели этот безобразно свисающий с плеч фрак от Вестона? А брюки? Они не выдерживают никакой критики. В них может поместиться еще такой же молодой человек, как вы.

Мистер Скаддимор громко засмеялся, чем до глубины души возмутил сэра Гарри.

– Какого дьявола вы смеетесь, Скадди? Я ведь дал ему отличный совет. Так вот, лорд Гарри, я хочу вам сказать…

Мистер Скаддимор не мог унять гомерического хохота. Потом у него началась икота. Лорд Гарри с силой шлепнул друга по спине между лопатками.

Перестав икать, Скадди произнес:

– Не сердитесь, Гарри. Я никак не могу привыкнуть к тому, что вы у нас просто Гарри, а он – лорд Гарри. Право, это чертовски забавно.

Тогда сэр Гарри заговорил нравоучительным и одновременно снисходительным тоном, словно имел дело с не очень сообразительным, но вместе с тем добродушным мальчуганом:

– Скадди, я уже несколько раз повторяю вам, в чем заключается разница. Я – простой баронет, а лорд Гарри как-никак отпрыск шотландского лендлорда, можно сказать, личность неординарная. Но дело не только в этом. Нельзя же нас обоих называть одинаково. Иначе, черт возьми, мы запутаем все на свете. Поскольку лорд Гарри рангом выше меня, он имеет законное право называться лордом. А я останусь просто сэром. Конечно, Скадди, я понимаю, вы никогда не отличались особой сообразительностью. И все-таки, если вы еще раз вынудите меня на подобный разговор, клянусь, я отведу вас на пустошь, в Хаунслоу-Хит. Дождетесь, что я всажу вам пулю в носок сапога и отхвачу один палец.

– Вы не попадете мне в носок сапога, Гарри. Обязательно промажете. А я нет, потому что стреляю лучше вас.

– Ха! Черта с два. Вот я…

– Скадди прав, Гарри, – сказал лорд Гарри, обнажив в ослепительной улыбке ровные белые зубы. – У него глаз точнее, чем у вас. Что касается вашего спора о том, кого называть лордом Гарри, а кого «просто сэром Гарри», то должен сказать, что ваш вариант – неплохой выход из положения. Правда, все это звучит несколько непривычно для меня. Но в то же время мне не хотелось бы, чтобы меня величали сэр Батрис, по имени отца. Теперь вернемся к моим брюкам. Вы говорите, что они слишком свободно сидят на мне? Тогда позвольте вас спросить, не могли бы вы пальчиком показать мне образцы, достойные подражания. Тогда я, наверное, мог бы снять с них фасон.