Ее новый муж, лорд Гаред, был мужчиной приятной внешности, на несколько лет старше ее, в его светлых волосах виднелась седина, а на мужественном лице выделялись густые усы. Судя по тому, что говорили о нем ребята из боевого отряда, лорд Гаред был честным человеком, мягким в мирное время и абсолютно безжалостным на войне. Совсем недавно он остался вдовцом с выводком детей и теперь радовался женитьбе на красивой молодой женщине, пусть она даже и бесплодна.

— Гаред, кажется, по-настоящему очарован ею, не так ли? — заметил Невин.

Каллин вскрикнул от удивления. Повернувшись, он увидел улыбающегося старика. Несмотря на седые волосы и морщинистое, как старый кожаный мешок, лицо, Невин обладал энергией и выносливостью молодого парня. Он и теперь стоял прямо, лихо подбоченясь.

— Не собирался тебя пугать, — сказал Невин с хитроватой усмешкой.

— Я даже не заметил, как вы вошли!

— Ты просто смотрел в другую сторону. Я не делался невидимым, хотя признаю: мне хотелось над тобой немного подшутить.

— И я клюнул на приманку. Тьерина хочет, чтобы вы сели рядом с ней.

— За столом для почетных гостей? Это чертовски неудобно. Хорошо, что я надел чистую рубашку.

Каллин рассмеялся. Обычно Невин одевался, как обычный крестьянин, — в поношенные коричневые одежды, но сегодня он на самом деле обрядился в белую рубашку с красным львом — гербом Ловиан. На нем были приличные на вид, хотя и залатанные, серые бригги. И все равно он выглядел как жалкий горожанин — ну, на худой конец один из незначительных приближенных правительницы. Его можно было принять за кого угодно, только не за того, кем он являлся на самом деле, — самого могущественного двеомермастера во всем королевстве.

— До того, как уйдете, скажите мне: вы не получали каких-либо вестей о моей Джилл? — спросил Каллин.

— Вестей? Почему бы тебе не спросить прямо, не занимался ли я дальновидением? Тебе, капитан, рано или поздно придется привыкнуть к колдовству. А теперь пошли.

Они отправились к камину в той части зала, где располагались слуги и жарилась целая кабанья туша на таком огромном вертеле, — что требовались двое поварят, чтобы переворачивать его. Мгновение Невин напряженно смотрел в огонь.

— Я вижу, что у Джилл и Родри приподнятое настроение, — наконец сказал он. — Они гуляют по какому-то городу в ясный солнечный день, направляются в лавку. Погоди! Я знаю это место. Это лавка Отто, серебряных дел мастера, в дане Маннаннан. Кажется, его сейчас нет на месте.

— Предполагаю, вы не можете сказать, беременна она или нет.

— Если и да, то это незаметно. Я понимаю твое беспокойство.

— Ну, это когда-нибудь произойдет. Я просто надеюсь, что у нее хватит ума приехать домой, когда она забеременеет.

— Она никогда не страдала недостатком ума.

Хотя на словах Каллин соглашался с Невином, втайне его снедало беспокойство. В конце концов Джилл была его единственным ребенком.

— Надеюсь, у них хватит денег, чтобы пережить зиму, — заметил капитан.

— Ну, мы дали им достаточно. Конечно, только если Родри все не пропьет.

— О, Джилл ему этого не позволит. Моя девочка относится к деньгам, как старая фермерша. Она крепко держит в кулачке любой проклятый медяк. — Каллин позволил себе слабо улыбнуться. — Она хорошо знает, что такое долгая дорога.

Матрас кишел постельными клопами, поэтому Родри Майлвад, бывший наследник дана Гвербин, сидел в крошечном гостиничном номере прямо на полу. Рядом находилась Джилл, одетая в грязные голубые бригги и простую полотняную рубаху навыпуск, как носят мужчины. Несмотря на коротко подстриженные, как у парня, золотистые волосы, она выглядела очень красивой. Родри нравилось разглядывать ее лицо — большие голубые глаза, нежные черты, мягкие губы. Порой ему было довольно просто смотреть на любимую. Она хмурилась, зашивая его единственную рубаху.

— А-а, клянусь демонами! — рявкнула Джилл. — Сойдет и так. Ненавижу шить.

— Униженно благодарю тебя за то, что опустилась до зашивания моей разорванной одежды.

Она бросила рубашку ему в лицо. Родри рассмеялся и расправил рубашку — когда-то белую, а теперь с пятнами пота и ржавчины от кольчуги. На ней выделялись вышитые гербы — красные львы, и это было все, что у него осталось от прошлой жизни. Всего месяц назад его брат, гвербрет Аберуина Райс, отправил его в ссылку, прочь от родных и клана.