— Я очень хорошо это знаю и помню, — Глин колебался, тщательно подбирая слова. — Я знаю, что у вас есть сестра. Несомненно, позднее, после того, как отдохнете, вы захотите поговорить со мной о судьбе клана Волка.

— Захочу, мой господин, и посчитаю честью для себя, если вы обратите свое внимание на этот вопрос.

— Конечно я решу его. Вы останетесь со мной на какое-то время, как почетная гостья, или вам нужно немедленно возвращаться в свой храм?

Это был критический момент, и Гвенивер сердцем призвала Богиню на помощь.

— Мой сеньор, сама священная Луна избрала меня, чтобы служить ей мечом, — объявила Гвенивер. — Я пришла просить вас, чтобы вы позволили мне оставить за собой мое прежнее место — главы моего боевого отряда. Разрешите мне отправиться с вашей армией и жить по вашему приказу.

— Что? — Король разом забыл о протоколе. — Вы, должно быть, шутите! Что нужно женщине в битве? Для чего вам участь воина?

— Я ищу того же, что ищет любой мужчина, мой сеньор: чести, славы и шанса убить врагов короля.

Глин колебался, уставившись на татуировку, словно вспоминая старые предания о тех, кто служил Богине Темного Времени, а затем повернулся к боевому отряду.

— Так, ребята! — крикнул он. — Вы готовы признать женщину в качестве своего командира?

Все до одного члены боевого отряда крикнули: «да!». Дагвин смело добавил, что Гвенивер обладает двеомером.

— Тогда я посчитаю добрым знаком появление при моем дворе воительницы Луны, — объявил Глин. — Хорошо, госпожа. Я даю вам это право.

По мановению руки Глина прибежали слуги. Конюхи взяли под уздцы лошадей, всадники из личного боевого отряда короля направились к Рикину, чтобы проводить его людей в казармы; советники оказались рядом с Гвенивер, кланяясь ей; двое помощников камерария поспешили проводить ее в большой зал.

Вид большого зала поразил ее. Он был огромен. Там помещалось свыше ста столов для членов боевых отрядов и имелись четыре огромных камина. Серебристо-красные знамена висели среди прекрасных шпалер на стенах, а пол покрывала не солома, а цветные шиферные плитки. Гвенивер стояла, разинув рот, как простая деревенская девушка, когда камерарий, которого звали лорд Оривейн, поспешил поздороваться с ней.

— Приветствую вас, госпожа, — произнес он. — Разрешите мне подобрать вам апартаменты в нашем скромном брохе. Видите ли, поскольку вы одновременно и благородного происхождения, и жрица, я даже и не соображу, каков ваш ранг. Возможно, следует приравнять вас к тьерине?

— О, господин хороший, если в комнате найдутся кровать и очаг, она сойдет. Жрицу Черной Луны не волнует ранг.

Оривейн поцеловал руку Гвенивер с искренней благодарностью, а затем отвел девушку в небольшие покои в боковой башне и отправил пажей за ее пожитками.

— Эта подойдет, госпожа?

— Конечно. Великолепно.

— Благодарю. Большинство господ очень сильно беспокоятся насчет своего размещения.

— Простите?

— Э, ну, они опасаются, что к ним, видите ли, отнеслись пренебрежительно.

Гвенивер кивнула и улыбнулась. После того, как пажи принесли вещи и удалились вместе с Оривейном, она стала беспокойно ходить из угла в угол. Сочтет ли король нужным удерживать земли клана Волка теперь, после того, как клан Оленя понес такие потери? Через несколько минут послышался стук в дверь.

— Войдите!

Вошло возможное орудие в ее битве за спасение клана — лорд Гветмар, долговязый молодой человек с впалыми щеками, худым вытянутым лицом и косматой гривой темных волос. Хотя он был достаточно благородного происхождения, его семья не могла похвастать крупными земельными владениями. Среди великих кланов репутация этого семейства была сомнительной. Однако родственники Гвенивер всегда относились к нему, как к равному. Он схватил обе ее руки и крепко сжал.

— Гвен, клянусь всеми богами, я рад, что ты жива. Когда пришла новость о смерти Авоика, мне стало плохо. Я только и думал, что случилось с тобой и твоей сестрой. Я бы прямо поехал на север, но наш сеньор этого не позволил.

— Несомненно, он не хотел терять тебя и твоих людей вместе с нашими. Макки в безопасности в храме, и мама вместе с ней.

Гветмар с улыбкой опустился в кресло. Гвенивер устроилась на подоконнике и задумчиво посмотрела на него.

— А ты в самом деле собираешься отправиться вместе с нами? — спросил он.

— Да. Я хочу отомстить, пусть даже это будет стоить мне жизни.

— Это я понимаю. Молюсь всем богам, чтобы они позволили мне зарезать убийцу Авоика. Послушай, если мы доживем до осени, то я объединю своих людей с твоими и мы поучаствуем в кровной вражде.