Она снисходительно улыбнулась.

— Не уверена, что ты когда-нибудь сможешь любить их слишком сильно.

— Ты не понимаешь меня.

— Хорошо. Объясни.

Алан заколебался. В его красивых глазах появилась печаль.

— Макс любит слишком сильно чужие деньги.

Она в удивлении уставилась на него.

— Слушай... если ты хочешь сказать, что он женился на мне из-за денег...

— Именно это я и хочу сказать.

— Тогда это ты — тот, кто давит на меня слишком сильно. — В ее голосе прозвучали стальные нотки.

Он сменил тон, его голос стал мягким и ласковым:

— Все, чего я хочу, чтобы ты посмотрела фактам в лицо. Я не...

Она резко встала с кровати.

— Я что, настолько уродлива, что никто не пожелал бы меня, будь я бедна?

— Ты — красива. И ты знаешь это.

Но ей было мало.

— Может, я маленькая болтливая зануда, способная замучить мужчину до смерти?

— Не кричи, — мягко проговорил Алан. — Успокойся. Пожалуйста.

Казалось, что он искренне сожалеет, что расстроил ее. Однако тему он не сменил.

— Многие мужчины отдали бы все, что у них есть, чтобы жениться на тебе. И ты заслуживаешь этого. Почему ты выбрала именно Макса?

— Потому что он был первым серьезным претендентом, настоящим мужчиной, который попросил меня об этом.

— Это не так. Я мог бы назвать по меньшей мере еще четверых.

— Первые два были бесхребетные почитатели, — парировала она. — Третий был так нежен и внимателен в постели, как бык на ринге. А четвертый был просто импотент. Макс не относился ни к одной из этих групп. Он был другим, интересным, возбуждающим.

— Но ты вышла за него замуж не потому что он был возбуждающим, или таинственным, или романтичным. Ты вышла за него, потому что он был большим, сильным и уверенным. Идеальный образ отца.

— С каких это пор ты стал практиковать психиатрию?

Она знала, Алан совсем не хотел уколоть ее. Он продолжал этот разговор только потому, что знал: ей нужно услышать это. Он был старшим братом с огромным чувством ответственности. Даже несмотря на то, что он ошибался, его намерения были достойны восхищения. Если бы она не была уверена в этом, она бы заставила его убраться.

— Мне не надо быть психиатром, чтобы понять, что тебе надо на кого-то опереться. И всегда было надо. С того самого дня, как ты осознала, что ты ясновидящая, ты испугалась этого, ты сама не могла справиться с этим. Какое-то время ты опиралась на меня. Но я не был достаточно высок или широкоплеч, чтобы выполнять эту миссию достаточно долго.

— Алан, впервые в жизни мне хочется дать тебе по физиономии.

Он обошел кровать и, присев на нее с другой стороны, взял обеими руками ее левую руку.

— Мэри, он был обычным заштатным журналистом, который за десять лет не сочинил ни одного толкового репортажа. Ты была знакома с ним всего шесть недель до того, как вы поженились.

— Это ровно столько, сколько мне понадобилось, чтобы узнать его. — Она, расслабившись, вытащила свою руку из рук Алана. — Все в порядке, дорогой. Можешь быть за меня спокоен.

— Ты замужем всего четыре месяца.

— Достаточно для того, чтобы влюбиться в него еще больше, чем тогда, когда он сделал мне предложение.

— Он опасный человек. Тебе известно его прошлое.

— Несколько драк в барах... Теперь он не ходит в бары совсем.

— Это не так невинно, как кажется. Он чуть не убил несколько человек в одной из таких потасовок.

— Ты ведь знаешь, они выпили слишком много и, как бывает в подобных ситуациях, почувствовали себя слишком сильными и решили проверить свою силу на ком-нибудь из присутствующих. Макс и стал такой целью. Он не начинал драки.

— Это он так говорит.

— Он изменился. Ему надо было, чтобы кто-то полюбил его, чтобы он мог почувствовать за кого-то ответственность. Он нуждался во мне.

Алан неохотно кивнул.

— Хочешь выпить?

— Спасибо, Алан. Я подожду Макса.

Тремя глотками он допил виски.

— Ты абсолютно в нем уверена?

— В Максе? Абсолютно.

Он вновь подошел к окну, внимательно разглядывая звездное небо.

— Вряд ли я вернусь к работе с тобой после моего возвращения.

Подойдя к нему, она схватила его за плечо и резко повернула к себе.

— Повтори еще раз!

— Я чувствую себя, как пятое колесо в телеге.

— Ерунда. Ты столько времени занимался моими делами...