— Наверное, побоялся быть обнаруженным, — предположила Маргарет.

— Или он искал другую книгу, — сказал Гарет, глядя на открытую страницу. — Если все это правда, то перед нами встает очень интересная задача…

— Найти убийцу? — догадалась Клара.

— Да. Убийцу, который умеет читать.

Этой ночью Гарет, как обычно, дождался, пока Клара начнет прижиматься к нему, умолять, изгибаться, кусать его за плечо своими маленькими острыми зубками. И только тогда с торжеством ворвался в ее нежные, влажные ножны. Они закрылись за ним — тугие, горячие, жаждущие… Гарет вновь сдержался и ждал, пока Клара не забьется и не закричит в его объятиях.

— Гарет!

Он в последний раз глубоко вошел в нее, тяжело задрожал и наконец отдался бурным волнам собственного освобождения.

Когда он вышел из нее и перекатился на спину, простыни постели были мокрыми, а воздух за задернутым пологом ложа наполнился запахами удовлетворенной страсти. Гарет откинул занавеси. Лунный свет, струящийся из окна, залил постель.

Клара долго лежала без движения. Гарет подумал, что она уснула, и очень удивился, услышав ее голос из кольца своих ласковых объятий.

— Ты любишь меня так, будто боишься, что, если не истомишь меня страстью, я убегу от тебя… — тихо прошептала она. — Неужели все мужья так ведут себя в постели?

Гарет замер.

— Тебе не нравятся мои ласки? — осторожно спросил он.

— Ты прекрасно знаешь, что это не так! — Она оперлась на локоть и заглянула в его лицо, залитое бледным светом луны. — Иногда я не понимаю тебя, Гарет.

— Что же здесь понимать? — Он медленно погладил ее по волосам. — Я совсем недавно женился и не устаю искать наслаждение на супружеском ложе. В этом нет ничего странного, Клара.

— Я не уверена в этом… Чего вы боитесь, милорд?

— Во всяком случае, не вас, мадам, — улыбнулся он.

— И в этом я тоже не уверена.

Он приник поцелуем к ее губам и не отпускал их до тех пор, пока они не потеплели и не раскрылись ему навстречу.

— Единственное, что меня страшит в вас, мадам, — сказал он, убедившись, что ему удалось отвлечь ее, — так это то, что вы способны заставить меня обезуметь от желания.

— Вы насмехаетесь надо мной, милорд.

— Неужели? — пробормотал он, осыпая поцелуями ее шею.

— Я давно заметила, вы поступаете так каждый раз, когда хотите избежать серьезного разговора.

— Ах вот, значит, чем вы здесь занимаетесь! — Гарет взял в ладони ее груди и легонько погладил сосок. Он тут же затвердел и поднялся под нежной лаской. — Вы ведете серьезный разговор, госпожа жена? А я и не заметил.

— Все вы прекрасно заметили. Просто притворяетесь, что ничего не понимаете.

— Лучше я буду любить тебя, солнце мое.

— Опять за свое! — Она села, спрятав под себя ноги, уперла локти в колени и опустила подбородок на ладонь. — Именно это я и имела в виду. Каждый раз, когда я собираюсь обсудить наш брак, ты закрываешь мне рот поцелуем.

— Я надеюсь, Господь простит молодому супругу этот грех. — Он нежно провел рукой от ее бедра до колена. Какая нежная кожа! Нежнее шелка… — Если хочешь серьезного разговора, давай выберем тему поувлекательнее.

— Какую же, милорд? — подозрительно покосилась на него Клара.

— Поговорим о страсти, моя госпожа.

— О страсти? Отлично, но на сей раз я буду держать нить беседы в своих руках.

— Вот как?

— Да, милорд. — Она протянула руку и решительно обхватила нежными пальчиками его напрягшееся копье.

Гарет затаил дыхание.

— Разговор обещает быть самым интересным в моей жизни, — заверил ее Гарет. Впервые Клара позволила себе столь смелую ласку. Он был почти потрясен.

— Надеюсь, вы не разочаруетесь. — Она склонилась над ним. Ее длинные волосы щекотали его обнаженные бедра. — А вот и основной вопрос нашей беседы. Похоже, мы вплотную приблизились к его разрешению.

Гарет обнял ее пушистую голову и воззвал небеса даровать ему силы сдержаться.

— Я бы не хотел, чтобы вас утомил этот сложный вопрос, мадам.

— Что вы! Я никогда не устану исследовать его!

И вдруг она быстро наклонилась и поцеловала наконечник его копья.

— Адская смола! — Он был так ошеломлен, что вскочил.

— Неужели я побеспокоила вас, милорд? Или вам не нравится тема беседы?

Он откинулся на локти:

— Во имя всего святого, скажите, что, по-вашему, вы сейчас делаете?

— Подробнейшим образом исследую интересующий нас вопрос. Я вдумчивый исследователь, не забывайте, милорд. — Ее маленький язычок снова коснулся его плоти и заскользил по ней — теплый, влажный, соблазняющий. — У вас есть возражения?