Эмили потратила не один час, чтобы выбрать подобающее случаю платье и прическу, В конце концов она остановилась на строгом классическом стиле, решив, что обществу тех, кто интересуется романтической поэзией и прочими интеллектуальными вещами, это должно понравиться.

Она приехала к леди Тернбулл в строгом платье из тонкого золотистого муслина с высокой талией, скромным вырезом и черными драконами по подолу. Лиззи было велено сделать хозяйке прическу а l'antique .

Но едва войдя в гостиную леди Тернбулл, Эмили увидела, что на всех леди платья с модным глубоким декольте и игривые маленькие шляпки, кокетливо сдвинутые немного набок.

Когда леди Тернбулл поднялась ей навстречу, среди присутствующих дам пробежал шепоток. Усаживаясь, Эмили ощущала на себе любопытные и радостно возбужденные взгляды окружающих. Словно ее наняли развлечь их своим эксцентричным поведением, раздраженно подумала она.

Она уже начинала волноваться, не совершила ли ошибку, приняв приглашение присоединиться к этому кружку. И тут она увидела Эшбрука. Он изящным жестом захлопнул элегантную эмалевую табакерку и лениво оторвался от каминной доски, о которую только что опирался с небрежной грацией. Он подошел поцеловать Эмили руку, как бы отмечая ее мгновенной печатью своего внимания. Эмили благодарно улыбнулась в ответ.

Но какое же ее постигло разочарование, когда вместо обсуждения последних новинок романтической литературы беседа сразу же обратилась к последним светским сплетням. Эмили нетерпеливо слушала болтовню и гадала, как скоро ей удастся сбежать отсюда. Совершенно ясно, что она попала вовсе не в кружок утонченных интеллектуалов. Правда, у всех присутствующих был замечательно модный тоскующий вид, и каждое сказанное слово произносилось со всезнающим цинизмом, но к литературным событиям не выказывалось ни малейшего интереса. Эшбрук, находившийся в другом конце комнаты, поймал ее взгляд и заговорщицки подмигнул.

— Кстати, — протянул мужчина, которого ей представили как Крофтона, — недавно я имел удовольствие играть в карты с вашим отцом, леди Блэйд.

Это замечание полностью приковало внимание Эмили. Она с удивлением повернулась к говорящему. Очки были на ней, так что она смогла разглядеть Крофтона — жестокое лицо с явными следами разгульной жизни. Она догадывалась, что когда-то это был красивый мужчина с резко очерченным замкнутым лицом. Но теперь он казался увядшим и изрядно помятым. Крофтон не понравился Эмили с того самого момента, как его представили ей.

— В самом деле? — Она отпила глоточек чаю.

— Да. Очень рискованный игрок ваш отец.

— Да. — Эмили страстно желала сменить тему.

— В последнее время он выглядит несколько подавленным, — заметил Крофтон. — А казалось бы, его должен переполнять восторг от вашего блистательного замужества.

— Ну, вы же знаете, каковы отцы, — в отчаянии произнесла Эмили. — Я у него единственная дочь.

— Вы, надо полагать, были очень ему дороги, — пробормотал Крофтон — Пожалуй, даже жизненно необходимы.

Заставив себя улыбнуться, Эмили с надеждой взглянула на Эшбрука.

— Вы читали последнюю работу миссис Фордайс, милорд?

— Миссис Фордайс просто глупая клуша, печально лишенная ума и таланта. — Эшбрук произнес свой уничтожающий отзыв с видом глубочайшей скуки.

Эмили прикусила губу.

— А мне понравился ее новый роман. Очень необычно и интересно, — высказалась она.

Все снисходительно посмеялись над этим проявлением провинциального вкуса и вернулись к обсуждению последних эскапад лорда Байрона. Эмили рискнула бросить взгляд на часы, надеясь, что уже можно бы и попрощаться. Невольно вслушиваясь в болтовню, она решила, что их маленькое общество в Литл-Диппингтоие достигло на своих литературных четвергах гораздо большего, чем когда-либо удастся этому изысканному салону. И как всегда, когда ей бывало скучно или грустно, она мысленно обратилась к работе над новыми строфами к «Таинственной леди».

Привидение просто просится в поэму, решила она. И мелодрамы нужно добавить. Пожалуй, героине следует набрести на призрак в заброшенном замке… Эмили принесла с собой рукопись в ридикюле, но сомневалась, можно ли ее отдать в таком виде. Не лучше ли подождать, пока она привнесет в нее привидение.

Беседа в гостиной свернула в новое русло.

— Если говорить о подходящих капиталовложениях, — с напыщенным видом произнес один щеголеватый джентльмен, — то могу вам посоветовать новое предприятие, которое я присмотрел. Акции навигационного канала, предполагаемого к постройке в Хэмпшире.

Эмили неохотно вернулась в своих мыслях к происходящему в комнате. Она подняла вопросительный взгляд на закончившего свое высказывание джентльмена:

— Это не проект ли канала Кингсли, сэр?

Джентльмен живо повернулся к ней:

— Ну да, он самый. Поверенный недавно обратил на него мое внимание.

— На вашем месте я бы не стала иметь дело с этим предприятием, сэр, — посоветовала Эмили. — Мне кое-что известно о предыдущих финансовых предприятиях того джентльмена, что стоит за проектом канала, и их можно назвать просто рекордными по провалам я убыткам.