Учитывая это, Ставка решила создать новый – 4-й Украинский фронт. Создание фронта связано с огромной организационной работой, перегруппировкой войск, выделением новых сил и средств, созданием новых баз снабжения горючим, продовольствием, боеприпасами, развитием сети железных и шоссейных дорог. Все особенности этой работы читателю уже известны по рассказу о деятельности Петрова, когда он формировал 2-й Белорусский фронт. Но при создании 4-го Украинского фронта вставал еще один важный вопрос: новому фронту предстояло вести бои в горах. Кого же назначить командующим этим фронтом? Перебрали многих военачальников, интересуясь в первую очередь теми, кто имеет опыт ведения горной войны. И оказалось, самым опытным по руководству боями в условиях гор был генерал Петров. Его опыт в этой области начался в годы гражданской войны в горах Памира. Уже в первые месяцы Великой Отечественной Петров вел с боями Приморскую армию через Крымские горы в Севастополь. Колоссальные сражения в битве за Кавказ под руководством генерала Петрова тоже большей частью проходили в горах. Лучшую кандидатуру найти было трудно.

Генеральный штаб, несмотря на то что ему было хорошо известно о всех сложных моментах в отношении Верховного Главнокомандующего к этому военачальнику, все же предложил его кандидатуру. И Сталин без возражений согласился, очевидно, учитывая перечисленные выше достоинства и преимущества Петрова.

3 августа 1944 года была издана директива Ставки, согласно которой генерал-полковник Иван Ефимович Петров был назначен командующим 4-м Украинским, фронтом, а членом Военного совета (не знаю, специально это было сделано или нет, но обратить на это внимание читателей считаю необходимым) был снова назначен генерал-полковник Л. З. Мехлис. Начальником штаба фронта был генерал-лейтенант Ф. К. Корженевич.

В состав войск фронта были включены и переданы из 1-го Украинского фронта: 1-я гвардейская и 18-я армии, а также 8-я воздушная армия. И еще 17-й гвардейский стрелковый корпус и другие специальные части.

Прибыв на фронт, генерал Петров сразу же, еще в процессе формирования своего нового фронтового управления, включился в руководство войсками, которые вели бои и ни на минуту не прерывали наступления.

5 августа 1-я гвардейская армия освободила город Стрый, а на следующий день, преодолев трудную, заболоченную местность, овладела областным центром Украины – городом Дрогобыч. Продолжая продвижение, войска фронта 7 августа освободили Борислав и Самбор.

Фронт, располагая такими небольшими силами – всего две армии, – не мог долго успешно наступать. По мере дальнейшего продвижения в предгорья Карпат наступление замедлялось. Да и создавался 4-й Украинский не для активных наступательных действий. Вот что пишет об этом генерал С. М. Штеменко:

«Советское командование не собиралось тогда форсировать Карпатский хребет прямым ударом. Действия в лоб могли стоить нам очень дорого. Горы следовало обойти. Эта идея и закладывалась в замысел будущих операций в Карпатах, где предполагалось действовать небольшими силами».

29 августа Петров получил директиву, подписанную Сталиным, в ней было указано:

«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Войскам фронта с получением настоящей директивы по всей полосе перейти к жесткой обороне.

2. Оборону создать глубоко эшелонированную.

3. Подготовить в полосе фронта не менее трех оборонительных рубежей с общей глубиной 30–40 километров, имея на основных направлениях сильные корпусные, армейские и фронтовые резервы…»

Как видно из директивы Ставки, 4-му Украинскому фронту ставилась задача чисто оборонительная и было прямо указано о построении глубоко эшелонированной обороны.

Этим обеспечивались фланги войск Конева на сандомирском плацдарме и войск Малиновского в Румынии, потому что иначе, при отсутствии обороны, которую и было поручено создавать Петрову, противник мог пройти по карпатским дорогам и ударить очень чувствительно не только по флангам, но даже по тылам войск 1-го Украинского и 2-го Украинского фронтов.

Но не успел командующий фронтом генерал Петров принять еще решение на организацию такой прочной обороны, как буквально через три дня, то есть 2 сентября 1944 года, поступила новая директива Ставки, приказывающая наступать.

Что же произошло за эти три дня?

Здесь деятельность генерала Петрова впервые соприкасается с делами уже международного масштаба, и, чтобы она была понятна читателям, я вынужден сделать небольшое отступление.

Разумеется, не только события этих дней так резко изменили обстановку и решение Верховного Главнокомандования. События назревали давно, но именно в эти три дня достигли своего апогея. Дело в том, что в Чехословакии, за Карпатскими хребтами, перед которыми стояли войска генерала Петрова, назревало восстание.

Чем дальше шла война, тем больше росло и ширилось в Чехословакии освободительное движение.

Еще 12 декабря 1943 года был подписан советско-чехословацкий Договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве. В соответствии с этим договором Советское правительство оказывало чехословацкому освободительному движению большую помощь оружием, боеприпасами и всем необходимым для борьбы с гитлеровцами. Бурно развивавшемуся партизанскому движению необходимо было руководство. Но самые стойкие, отважные борцы против фашизма, чехословацкие коммунисты, при вступлении гитлеровцев в Чехословакию в 1939 году либо погибли в застенках, либо сидели в концлагерях, либо таились в подполье и в эмиграции за пределами родной земли. В течение 1941—1943 годов несколько раз делались попытки переправить в Чехословакию некоторых руководящих работников Коммунистической партии Чехословакии, оказавшихся в нашей стране, и воссоздать там Центральный Комитет партии. Четырежды эти попытки были неудачными, все переправленные арестовывались гитлеровцами.