Шрифт:
По окончании торжеств Иосиф и Мария отправились в обратный путь. Они шли вместе с родными и соседями, и поэтому первое время их не тревожило, что Иисуса нет с ними. Когда же они поняли, что Он остался в городе, то, охваченные смятением, поспешили в Иерусалим. Время было неспокойное, и сердце Марии сжималось в страхе.
Стали искать
В переполненном городе Сына было найти нелегко. Иосиф и Мария долго ходили по улицам, пока не пришли в одну из галерей, окружавших Храм. Там обычно проводили время в богословских беседах и толковании Закона раввины и книжники. Среди них Мать и увидела Иисуса. Он сидел, слушая речи ученых и задавая им вопросы. Знатоки Писания изумлялись “разуму и ответам” безвестного галилейского Отрока, не учившегося в их школах...
— Дитя Мое, — воскликнула Мария, — почему Ты с нами так поступил? Вот отец Твой и Я с болью Тебя ищем.
— Что же вы искали Меня? — ответил Иисус. — Не знали вы, что Мне надлежит быть во владениях Отца Моего?
Казалось, внезапно Он стал далеким и загадочным, и Его слова вызвали у родителей замешательство. Они не поняли, что Он имеет в виду. Однако Иисус тут же поднялся и последовал за ними. Единственный раз неземной луч сверкнул из-за облака и скрылся. Он снова — обыкновенное Дитя, подобное прочим детям.
Нашли в храме посреди учителей
После происшествия в Иерусалиме Иисус, по словам евангелиста, жил “в повиновении” у родителей, “преуспевая в премудрости и возрасте и в любви у Бога и людей”. Мария же “сохранила в сердце Своем” этот первый знак исполняющегося пророчества [7] .
Иисус не учился в богословской школе, как Его сверстники, имевшие религиозное призвание. Он стал плотником и каменщиком и после смерти Иосифа кормил Мать трудами Своих рук (Слово . . . . означает одновременно плотника и каменщика. Ср.обилие образов, заимствованных из труда строителя, в речах и притчах Христовых (Мф 7,21; 16,18; 21,42; Лк 14,28; Ин 2,19).).
7
Лк 2,41-52. Поясняя слова “преуспевал в премудрости и возрасте”, св.Иустин говорит, что Иисус “рос, как растут все люди, отдавая должное каждому возрасту” (св.Иустин. Диалог с Трифоном Иудеем, 88).
Евангелист Лука говорит, что окружающие любили Иисуса; но для них Он был лишь сельским юношей, хотя, быть может, несколько странным, часто погруженным в какие-то Свои, никому не ведомые думы. Зная Его близко, сталкиваясь с Иисусом почти каждый день, жители Назарета не замечали в Нем ничего сверхъестественного. Когда Он начал проповедовать Царство Божие, это застало их врасплох и повергло в искреннее удивление. По-видимому, среди земляков у Него не было доверенных друзей. Никто из них, кроме двух-трех женщин, не последовал за Иисусом.
Неверие назарян изумляло Самого Христа [8] . По Его словам, они подтвердили пословицу: “Нет пророка в своем отечестве”.
У Марии и Ее Сына было в городке много родных: сестра Марии с семьей, двоюродные братья и сестры Иисуса [9] . Однако и эти люди в большинстве своем остались духовно далеки от Него. Их тесный мир ограничивался своей улицей, домом, работой. Позднее, узнав о проповеди и делах Иисуса в Капернауме, братья Его были встревожены и решили, что Он обезумел.
8
Мк 6,6.
9
Уже одно то, что перед смертью Иисус поручил Свою Мать ученику (Ин 19,25-27), свидетельствует, что Он был Ее единственным сыном (см.: Hillarii, In Matt., IX, 92). Остается неясным, кто были Иаков, Иосия, Симон и Иуда, названные в Евангелии “братьями” Иисуса (Мк 6,3), — сыновьями ли сестры Девы Марии (Ин 19,25) или детьми Иосифа от первого брака, как утверждают апокрифы (например, Книга Иосифа Плотника, II). Быть может, и те и другие назывались “Его братьями”. В греческом и еврейском языках слово “брат” может означать разную степень родства.
Душевное одиночество Иисуса отражают и не записанные в Евангелии Его слова: “Те, кто рядом со Мной, Меня не поняли” [10] . Единственным близким существом оставалась лишь Мать.
Евангелисты мало говорят о Ней; но даже если бы они не сказали о Марии ни единого слова, это не умалило бы величия Матери Мессии. Он рос у Нее на глазах, Она давала Ему первые материнские уроки, Она была единственной свидетельницей совершавшегося в Нем чуда.
Марии было открыто, что Ее Сын — Помазанник Господень, но нам сейчас трудно понять, как много нужно было духовных сил, чтобы сохранить веру в это; ведь мы смотрим в другой перспективе. Если же представить себе будничную назаретскую жизнь, то можно догадаться, что между Благовещением и Воскресением Мария прошла долгий путь испытаний.
10
Эти слова сохранились в апокрифических “Деяниях Петра” (гл.X). По мнение видного современного специалиста по Новому Завету И.Иеремиаса, они скорее всего подлинны.
Сын плотника
Франсуа Мориак, тонкий знаток человеческой души, сделал попытку увидеть этот путь. “Ребенок становился юношей, взрослым человеком. Он не был велик, Его не называли Сыном Всевышнего; у Него не было престола, но лишь табуретка у огня в бедной хижине. Мать могла бы усомниться, но вот свидетельство Луки: “Мария сохраняла все в сердце Своем”... Она хранила пророчества в сердце и не говорила о них никому, быть может, даже Своему Сыну” [11] .
11
Mauriac F. La vie de Jesus. Paris, 1962, p.33.
Становление любой личности, а особенно — необыкновенной, всегда загадка, тем более не дано нам проникнуть в тайну души Иисуса. Можем ли мы знать, о чем думал Он, работая в маленькой мастерской, о чем молился? Одно только кажется бесспорным: Он был свободен от конфликтов, которые с детских лет терзают человека; над Ним не имели власти демонические стихии. Если и знал Он внутреннюю трагедию, то рождали ее лишь одиночество, сострадание, боль от соприкосновения с миром зла, а не муки греха и борьбы с темными инстинктами. Об этом свидетельствует все, что известно о характере Иисуса.