– Скорее, он мог бы позавтракать тобой.

– Заткнись, ты, старая карга. Тебя кто просил говорить?

Рената мгновенно вскочила. Она шагнула к нему, и он повернулся к ней. На руках Ренаты выступила русая шерсть, пальцы стали загибаться в лапы с когтями.

– Перестаньте, - сказал Виктор. Рената глянула на него, лицевые кости у нее начинали изменяться.
– Рената, пожалуйста, перестань, - повторил он.

– Пусть она убьет его, - сказала Олеся, ее льдисто-голубые глаза холодно сверкали на красивом лице.
– Он заслуживает смерти.

– Рената?
– Виктор встал. Хребет у Ренаты начал выгибаться.

– Давай, давай!
– насмехался Франко. Он поднял кверху правую руку, покрывавшуюся светло-бурой шерстью, на ней уже появились когти.
– Я тоже готов!

– Прекратите!
– заорал Виктор, и от звука его голоса Михаил подскочил; это был громовой рык вожака. Голос эхом отозвался между стен. Если мы поубиваем друг друга, берсеркер точно выиграет. Он сможет просто прийти сюда и занять наше логово, если мы будем лежать мертвыми. Так что перестаньте, вы оба. Сейчас нам следует думать по-человечьи, а не поступать по-звериному.

Рената часто заморгала, ее пасть и челюсть уже изменились на волчьи. Небольшая капля сочившейся слюны стекла с нижней челюсти вниз по подбородку с русой шерсткой и секунду повисела, прежде чем упасть. А затем ее морда стала возвращаться к прежнему человеческому лицу, мышцы под кожей утончались, клыки с влажными щелчками уходили в челюсть. Волчья шерсть превратилась в щетину и пропала. Рената стала чесать руки, потому что остатки шерсти раздражали кожу.

– Ты, мелкая сволочь, - сказала она, гневно глядя на Франко.
– Ты будешь меня уважать, понял?

Франко заворчал и ухмыльнулся. Он презрительно махнул на нее правой рукой, теперь опять человечьей и бледной, и отошел от тепла костра. В помещении остались острые запахи разъярившихся зверей.

Виктор стоял между Ренатой и Франко; он ждал, пока их возбуждение не остынет, а потом сказал:

– Мы - одна семья, а не враги. Берсеркеру хотелось бы, чтобы мы сцепились друг с другом; это облегчило бы его задачу.
– Он бросил горящий прутик в костер.
– Но Франко прав. Мы должны разыскать берсеркера и убить его. Если не мы, то он убьет нас, поодиночке.

– Поняла?
– сказал Франко Ренате.
– Он согласен со мной!

– Я согласен с законами логики, - поправил его Виктор, - которым, к несчастью, вы не всегда подчиняетесь.
– Он на мгновение смолк, вслушиваясь в пронзительные завывания бури, доносившиеся через разбитые окна этажом выше.
– Я думаю, что берсеркер живет в одной из тех пещер, которые мы обнаружили, - продолжал он.
– Никита прав: в такую бурю берсеркер не выйдет наружу. Но мы - можем.

– Там, снаружи, и руки не увидишь перед своим носом, - сказала Рената.
– Послушайте этот ветер!

– Я слышу.
– Виктор обошел вокруг костра, потирая руки.
– Когда буря стихнет, берсеркер снова выйдет на охоту. Мы не знаем его маршрутов, а как только он почует, что мы побывали неподалеку от его пещеры, он найдет себе другое логово. Но... что если мы найдем его пещеру, в которой будет и он сам, пока буря еще не стихла?

– Это сделать невозможно!
– затряс головой Никита.
– Ты видел то ущелье. Мы убьемся, пытаясь спуститься туда.

– Берсеркер же может! Если может он, то можем и мы.
– Виктор замолк, давая всем время усвоить эту мысль.
– Самая трудная задача - найти его пещеру. На его месте я бы пометил каждую из пещер своим запахом. Но возможно, что он не сделал этого; не исключено, что сразу же, как только мы спустимся в ущелье, мы сможем уловить его запах и по нему добраться прямо до него. Он, возможно, будет при этом спать; я и сам бы так сделал, если бы у меня был полный желудок и я думал, что нахожусь в безопасности.

– Да, именно так!
– возбужденно сказал Франко.
– Убить гада во сне!

– Нет. Берсеркер большой и очень сильный, и никто из нас не сделает этого, если будет с ним один на один. Сначала мы найдем пещеру берсеркера, а потом запечатаем ее камнями. Мы сделаем это накрепко и плотно, так чтобы он не мог выбраться. Если будем действовать быстро, мы сможем запечатать ее до того, как он поймет, что происходит.

– Это при условии, что у него нет запасного выхода, - сказала Рената.

– Я не говорю, что план безупречен. Таких не бывает. Но берсеркер ненормален; он думает не так, как обычный волк. Зачем ему беспокоиться о бегстве, если он считает, что может уничтожить любого двуногого или четвероногого? Я бы предположил, что он сейчас выбрал хорошую теплую пещеру без запасного лаза, где он может свернуться, глодая кости и размышляя, как убить следующего из нас. Мне кажется, что рискнуть стоит.

– А мне - нет, - сказала ему Рената, наморщив лоб.
– Буря слишком сильна. Дойти отсюда туда и то достаточно трудно, но намного легче, чем найти нужную пещеру. Нет. Риск слишком велик.