Шрифт:
– А тут часто завозят.
– А это чего? Амаретто какое-то.
– Бабоукладыватель, – загыгыкал Кадя. – Сто процентов. У меня брательник как к бабе намылится, в обязуху пузырь берет.
– Во блин, отстал от жизни. Ну ладно. Вы пацаны идите. После ужина давайте сюда. Обмоемся слегонца.
– Угу, придем точно!
Страшно гордые этим приглашением, шакалы весело выскочили на улицу.
Поставив сумки в угол, парни продолжили разговор.
– Ну, про то, как вы чуреков бомбили, я уже в курсах. Можете не рассказывать.
Ребята удивились.
– А откуда это?
– От верблюда. Мне еще там все доложили. Разведка работает. Кому надо – тот знает. Вообще вы молотки. Честно скажу, не ожидал, что вы так резко подниметесь.
– Стараемся, – заухмылялись волки. – А ты сам-то как сейчас?
– Сам-то я тоже с усам. Меня тут в Савраску определили.
– Это в блатную что ли?
– Ага. В нее, родимую. Больше никуда не брали.
Макс и Рокки понимающе переглянулись.
– Да мы там все такие. Что-то нас нигде не любят.
– Во-во! И я про то. В общем народ там серьезный, есть с кем поговорить. Я там собрал команду, человек двадцать. Эти пацаны – бригадиры, вроде как мои замы. – Шер-Хан одобрительно посмотрел на своих новых корешей. – Нормальные пацаны. Свое дело знают. В общем, мы тут начинаем потихоньку подавливать. Но осторожно. Борзеть пока нельзя.
Он посмотрел на притихших друзей. Те напряженно замерли, боясь пропустить даже слово.
– Все серьезное уже поделено. Ларьки – это фуфло. Через пару лет на них даже внимания никто обращать не будет. Сейчас по городу бродят очень серьезные команды. И не только с перьями, но уже со стволами. Залупаться на них пока рано. Мне уже объяснили расклад. – Он усмехнулся. – Еще раз, говорят, сунешься, получишь пулю в лобешник. Такие дела.
– В общем, на рожон нам лезть ни к чему. Свои башни под пули мы подставлять не будем. Мы лучше чужие подставим. Нужна армия. Большая. Вот тогда мы и поговорим по-другому. Совсем по-другому. Есть у меня одна мысля. Там были у нас мотальщики из Казани. Серьезные пацаны. Мы с ними много о чем балакали. У них там все очень круто поставлено. Вы про «Тяп-Ляп» слыхали? ...
Когда он закончил, в комнате воцарилось молчание. Потрясенные словами своего друга, волки только присвистывали и покачивали головами. Макс и Рокки, будучи уже в курсе наполеоновских планов Шер-Хана, только усмехались, глядя на изумленных ребят.
– Ну так что? Вы со мной?
Четверо парней посмотрели друг на друга. Их взгляды загорелись, лица оскалились в хищных улыбках.
– Хоть на край света, Босс!
Глава 25
Вечером в столовой установилась напряженная обстановка. Совершенно непонятным образом весть о прибытии Шер-Хана уже разнеслась по всей школе. Длинные ряды столов были заполнены жующими и чавкающими старшеклассниками, которые вполголоса обсуждали невероятную новость. Воспитатели прохаживались вдоль столов, тщетно призывая к дисциплине. Они и сами все были напуганы нежданным визитом, уж слишком еще свежи были в памяти кровавые события выпускного вечера.
– Все, не хочу больше!
Акела оттолкнул от себя тарелку. Его примеру последовали и остальные трое. В ожидании предстоящего «пикничка» волки хотели оставить место в своих желудках. – Лопайте, кто хочет! – Большая кастрюля с тушеной картошкой поехала по ряду. Со всех сторон в нее вонзались ложки, выковыривая картофельные кругляши, щедро сдобренные мясом.
– Ну что, пора уже?
Ольга Алексеевна подозрительно взглянула на школьных заправил. Что-то уж они очень торопятся. Даже не доели. Чудеса! Она перевела взгляд на девушек. Борисова, обняв подругу Юльку, что-то шептала ей на ухо. Та сидела с восторженным лицом, то и дело хлопая ладонями по коленкам. Сидящие напротив Лиля и Яна завистливо косились на них. Тарелки перед ними тоже стояли почти полные.
– Все. Кто поели, можете идти.
С грохотом отодвинув стулья, волки торопливо двинулись к выходу. По пути они незаметно подмигивали своим боевым подругам. Те понимающе кивали и тоже вставали, стараясь не привлекать внимания...
* * *
– Ну что, все в сборе?
Хоршев довольно оглядел компанию, заполнившую небольшую комнату. Девять парней и четверо девушек с трудом разместились вокруг стола на диване, стульях и табуретках, захваченных из столовой.