Шрифт:
– Главное – подготовить душещипательное обоснование, – словно о покупке кильки в томатном соусе, а не о ликвидации воинской части, продолжил оперативник. – Например: «В связи с отсутствием явной внешней угрозы, заботясь об экологии и благосостоянии населения края, учитывая общую тенденцию на сокращение Вооруженных Сил, изыскивая возможность помочь уволенным в запас офицерам в приобретении жилья…» Потом в долю, пусть ноготком, незаметно, но втягивается местное начальство. И теперь уже оно стучит кулаком по столу и рвет рубаху на груди, доказывая то, о чем вчера еще понятия не имело. Вы в Москве, в свою очередь, или хлопаете ушами и всему верите, или вам наплевать на все, происходящее в провинции. А тут…
Не докурив, воткнул сигарету красной мордой в серый камень – все же расстроился сам.
– Это… правда? Нет, я, конечно, понимаю, что нынче в России все возможно, но так…
Штурмин тоже встал, посмотрел на гору бумаг, в которых он целый день выискивал не то что рубли – копейки, украденные у людей и государства Богдановичем. Ради чего копался? Рядом, на вполне законных основаниях, ворочаются Богдановичи в кубе…
Кажется, Олег слишком откровенно опустил руки, потому что даже оперативник, уже привыкший к местным заморочкам, кашлянул: дальше работать будем?
– Ладно, воспринял, – без прежнего энтузиазма, отозвался майор. – А как воинская часть оказались на янтарном пласте?
– Она всегда там располагалась. Скорее всего, Богданович каким-то образом сумел достать геологоразведочные карты и определил самое мощное и близкое к поверхности залегание янтаря. В силу принадлежности к армии – неразработанное. Раньше, когда к вопросам безопасности страны относились с уважением и нужным вниманием, аферисты в сторону военных и смотреть не могли, прокол там им обеспечивался стопроцентный. Ныне же… Ныне имеем то, что имеем: часть сокращена, вместо строительства жилья – нелегальные разработки янтаря. Потом деньги и вместе с ними сам Богданович сделали всем нам, доверчивым, ручкой, и вот ты – здесь, я – перед тобой, а офицеры – в… сам знаешь где.
– Найду! Перерою все и вся, просвечу каждого человека, но заверну Богдановичу ласты назад.
– И это будет правильно, – менее эмоционально, потому что, наверное, слабо верил в успех, но тем не менее поддержал розыскника Сергей Иванович. – Ужин, насколько я осведомлен, накрыт в «Неринге». Череда ждет твоей команды: все равно он едет туда за женой, подбросит. На сегодня работать, я думаю, хватит.
– А кто у него там жена? Случаем, не Катя? – Олег стал судорожно вспоминать, не ляпнул ли он чего-нибудь про стоматолога.
– Татьяна Сергеевна.
– Татьяна Сергеевна? Хозяйка санатория? Так он ее… Собственно, а почему бы и нет? – вслух подумал Штурмин сразу и о своеобразных семейных отношениях новых знакомых, и о конце рабочего дня, и об ужине в номере под шум балтийской волны. – Добро, на сегодня все дела – под подушку. Еду домой. Но завтра в девять – я здесь. Что-нибудь придумаем.
– Только переведи, пожалуйста, время на час назад, чтобы быть до конца точным, – усмотрел оперативник разное расположение стрелок на циферблатах.
– По-европейски, что ль, живете? Москва вам не указ? – пробубнил Олег, но часы с руки стащил. – Где там Череда, повторивший стратегическую ошибку Гитлера?
Глава 7
На следующий день к бывшей воинской части подъехал «уазик». Из него вылезли два офицера, решительно направились к проходной. Вышедшему навстречу охраннику сообщили:
– Нам к начальнику участка.
– Сегодня никого из начальства нет, одни рабочие, – осторожно, но попытался остановить гостей охранник.
– Значит, вызывайте. – Не задерживаясь на проходной, офицеры прошли через вертушку на территорию. А когда, все так же робко, парень попытался засомневаться в полномочиях прибывших, пригрозили: – Вам известно, что с прокуратурой не шутят?
– Ой, подождите, пока я доложу, иначе меня тут же уволят, – умоляюще попросил охранник. Угораздило же попасть на дежурство в этот час!
Дождавшись согласительного кивка, бросился на КПП к телефону. От волнения долго не мог набрать нужный номер, сверял его по бумажке на каждой цифре. Наконец замер, доложил о посетителях. Довольно перевел дух.
Довольны остались первыми минутами работы и офицеры. Дело оставалось за «отэпэушниками» – ребятами из оперативно-технического и поискового центра налоговой полиции. Успели ли «слухачи» зафиксировать звонок с проходной?
Вокруг котлована, пряча объект Богдановича, непроходимой стеной вознеслась облепиха, в качестве откупной выставив вместе с колючками обильнейшие гроздья желтых ягод. Заросли дикой облепихи – первый и неистребимый спутник янтаря. Точнее, голубого песка, покрывающего янтарный пласт. Стоит тронуть, освободить его из-под верхнего слоя глины или чернозема, как на развале мгновенно, из ничего, начинает плестись облепиховая заросль. Похоже, что, как и янтарь, семена этого дерева лежали замурованными в песке тысячи лет, ожидая света и воздуха…