Петухова молча кивнула.

– Думаю, он сдержит свое слово, – продолжал Струмс. – Вас он больше не тронет.

– Не верю я этому колдуну, – вступил в разговор Коля.

– Да и я, признаться, не верю. – Струмс задумчиво посмотрел на водителя. – Но пока все идет неплохо. Конечно, от них можно ждать любой пакости. Но ведь это не в их интересах. Не лучше ли вести себя лояльно – это было бы логично?

– Беда в том, – заметил Коля, – что законы логики им неведомы. Согласно логике, их вообще не должно существовать.

Валентина Сергеевна в разговор не вступала и всю дорогу молчала. У нее никак не выходило из головы, что срок, отмеренный ей на старом кладбище, еще не вышел, что сегодня последний из тринадцати проклятых дней.

«Приеду домой, – думала она, – первым делом разобью чертово зеркало, а осколки тут же выброшу!» Машина мчалась вперед, а Петухова размышляла, как провести остаток опасного срока.

«Устрою-ка я вечеринку, – подумала она и сама обрадовалась неожиданному решению. – Соберу сослуживцев, скажу, мол, юбилей у меня или что отпуск решила отметить. Этих, что ли, позвать. – Она покосилась на Струмса. – Нет, без них обойдусь». Все, что напоминало ей о старом кладбище, она решительно гнала из памяти: «Старик Асмодей обещал, что все закончилось. А если нет? Ну, будем надеяться…» Наконец машина остановилась возле ее дома.

– Приехали, – сказал Струмс. – Завтра мы к вам обязательно зайдем. Проверить, все ли в порядке.

– Хорошо, – Валентина Сергеевна на ходу попрощалась и бегом устремилась домой.

В квартире было тихо и сумрачно. Она отдернула шторы, распахнула окна. Потоки света рванулись в комнату, и сразу же стало видно, какое в квартире запустение. На полу еще остались следы сапог давешнего слесаря, повсюду лежала пыль.

«Сейчас же берусь за уборку, – решила Петухова. – Но начну все же с зеркала». Она зашла в прихожую и долго смотрела на свое отражение в пыльном стекле. Зеркало как зеркало. «А может, оставить? Нет!» Она решительно схватила подвернувшийся под руку молоток и запустила им в зеркало. Раздался звон бьющегося стекла.

«Ну вот, избавилась наконец-то. Теперь обзвонить всех, пригласить на вечеринку». В следующие полчаса она этим и занималась.

Гостей набралось человек семь – собственно, все работники ее библиотеки. Большинство были удивлены неожиданным приглашением, но не отказался никто. Напротив, они были заинтригованы: до сих пор в гости она никого не приглашала. Еще пара часов ушла на уборку и на приготовление всякой снеди: гулять так гулять. Начало назначила часов на восемь, но про себя твердо решила, что закончит сегодняшний день обязательно в окружении людей.

Она тщательно готовилась к вечеринке, чтобы не ударить лицом в грязь. Что же приготовить? Взгляд ее упал на корзину грибов, подаренную старухой.

О! Грибы! Вещь вкусная и пройдет «на ура», тем более белые грибы.

К восьми часам стали собираться гости, дамы приходили с мужьями, и людей было значительно больше, чем она рассчитывала. Вечеринка удалась на славу. Никто не ожидал, что их строгий директор – такая компанейская женщина. Многие были просто потрясены, а она шутила, смеялась, совсем забыв про свои страхи. Было уже довольно поздно, когда она вспомнила, что в духовке у нее томятся грибы. Она вынесла блюдо, обильно политое сметаной, и стала раскладывать грибы по тарелкам.

– А себе почему не кладете? – спросили ее.

– Да я собирать люблю, а есть не очень, так, в охотку.

Но все стали нахваливать вкусные грибы, восхищаться мастерским их приготовлением, и Валентина Сергеевна решила попробовать дело рук своих. Правда, она опасалась лиходеевских даров, но все кругом так аппетитно ели, что она не выдержала. Зацепила на вилку гриб, положила в рот и стала жевать. Действительно вкусно. Неплохо она приготовила.

Вдруг Петухова почувствовала, будто электрический заряд огромной мощности ударил ее. Ужасная дрожь затрясла тело. Она выгнулась дугой и повалилась на пол. Она не слыхала ни испуганных голосов гостей, ни звука подъехавшей кареты «Скорой помощи».

Врач наскоро осмотрел ее. Картина была ясна: Петухова была мертва. Пульс не прощупывался, зрачки на свет не реагировали. Неужели отравление грибами? Многим стало дурно, некоторых начало рвать.

Доктор с сомнением посмотрел на грибы, понюхал их и успокоил собравшихся. Невероятно, чтобы смерть от отравления наступила так стремительно. Скорее всего это сердце. Однако он взял немного грибов на анализ.

Потрясенные гости медленно расходились по домам.

…Петухова очнулась (уже в который раз за это время), но ничего не могла понять. Что с ней? Где она? Она чувствовала, что лежит на чем-то холодном, похоже, на камне, но ей было не холодно. Сознание только констатировало обстановку. Она попробовала приподняться, открыть глаза, пошевелить рукой или ногой. Это ей не удалось. Что же случилось?

В то же время она слышала отдаленные голоса, какой-то глухой шум, звук льющейся воды. Внезапно громко хлопнула дверь, и в помещение, где она лежала, вошли, как Петухова поняла по голосам, двое.

– Ну, кого будем вскрывать? – спросил грубый мужской голос. – Эту, что ли, из библиотеки?

– Нет, ее не надо, – ответила женщина, – подождем главного. Давай вон того старика с раком легких.

«Что значит вскрывать? – в испуге подумала Петухова. – Где я?» Мысли бешено скакали под черепной коробкой.