— Ты, должно быть, в курсе всего, что происходит в мире, — заметил парень. — Самым первым узнаешь последние новости.

— Вот именно.

— Ну и что в мире новенького?

Хови покопался в своей памяти в поисках чего-нибудь такого, что могло бы произвести впечатление на эту незаурядную личность.

— Ммм, погоди-ка, дай вспомнить. Один из моих репортеров оказался поблизости во время той ночной стрельбы и заснял все это на видео.

Парень чуть улыбнулся и взглянул на наручные часы.

— Подожди, сейчас вспомню…

— Ну ладно, мне понравилась наша игра. Пожалуй, я лучше двинусь.

— А, вот — самое громкое, что нам удалось сделать за последнее время, — это сериал о СВДС. Смерть в детской кроватке! — заявил Хови, надеясь снова привлечь его внимание.

— Да?

— Бренди! — выкрикнул Хови и продолжил. — Это была моя идея! Помнишь, что произошло с ребенком президента?

— Да-а, трагедия.

— Мы взяли интервью у первой леди.

— Вам и впрямь повезло. Она, наверное, не часто делает это, не так ли?

— Это было эксклюзивное интервью для нашего канала.

— Как же вам удалось это провернуть?

— Ну сам знаешь… Сделал несколько звонков, использовал кое-какие связи. — У Хови был вид человека, для которого никакого труда не составляло связаться с Белым домом. — Еще выпьешь?

— Нет, спасибо. Стоит мне еще выпить, и я позволю тебе уговорить себя на очередную партию. А ты обдерешь меня как липку. — Мужчина снова улыбнулся.

Хови осклабился ему в ответ. У него никогда не было настоящих друзей, с кем можно было бы поговорить по душам. Может, сейчас у него наконец появился шанс? Мысль об этом вскружила ему голову.

— Я видел это интервью с первой леди, — заметил новый знакомый. — Очень острое. Как звали репортера?

— Барри Трэвис. — Хови поведал новому другу, как он ее нанял. — Она тогда не могла найти работу, и я подумал, а что, собственно, я теряю? И решил дать ей шанс. К тому же она привлекательна и красива.

— Раз уж мы вынуждены работать с женщинами, то, само собой, лучше нанимать симпатичных, не так ли? — высказался мужчина.

Хови довольно улыбнулся: его новый друг говорил на его языке!

— Очень верно заметил, дружище! — Хови подмигнул. — Мы с Барри какое-то время были вместе, но это стало меня тяготить. И я решил положить этому конец, она согласилась. Для меня разрыв прошел безболезненно, она сама к этому подталкивала. Впрочем, при ее излишнем честолюбии это наверняка пойдет ей на пользу.

— В самом деле. Ну и как?

— А-а! Из-за этого сериала, который принес ей славу и который на самом деле сделал я, она возомнила о себе Бог знает что. И просто бесит меня теперь со своей новой идеей.

— Да ну? — Компаньон больше не посматривал на часы, наоборот, поудобней устроился в кресле и не спеша помешивал лед в стакане. — Что за идея?

— Хоть убей, не скажу.

— Да брось ты! Кому мне рассказывать?

— Клянусь, не знаю. Правда, она утверждает, что если это дело выплывет наружу, то Уотергейт покажется детской шалостью.

По лицу парня скользнула тень улыбки.

— Ну, значит, довольно горячо.

— Настолько горячо, что она на несколько дней уехала из города, чтобы провести какие-то одной ей известные расследования.

— Куда?

Интонация, с которой его новый знакомый задал вопрос, заставила Хови задуматься. Он вдруг испугался, что так неосторожно повел себя, а тем более разболтал о новой затее Барри.

— Она мне не сказала, — ответил Хови. Парень снова улыбнулся и спросил:

— Даже не намекнула?

— Нет.

— Твоя девушка полна секретов.

— Женщина. Что тут скажешь? Кто их поймет? этих баб? — Хови слизал с ладони горсть соленых орехов и запил пивом.

— Что ж, — сказал мужчина, поднимаясь из-за столика. — Уже поздно, а тебе с утра на работу. Спасибо за выпивку.

Хови выбрался из кресла, чтобы попрощаться со своим новым другом.

— Рад был нашей встрече, — произнес он.

— Еще бы, черт возьми! Домой придешь на пятнадцать баксов богаче.

— Может, когда-нибудь снова встретимся. Я обычно бываю здесь раза два в неделю. Иногда захожу просто выпить.

— Ну, значит, увидимся, без проблем. — Они пожали друг другу руки.

Хови смотрел ему вслед, завидуя и восхищаясь той атмосфере уверенности, которая окружала этого парня, зная почти наверняка, что никогда не увидит его снова.