Этот прием, устроенный в честь делегаций из скандинавских стран, должен был стать первым ее официальным выходом после трагической смерти Роберта Растона. Казалось, этот небольшой прием вполне подходил для выхода первой леди после долгого перерыва. До этого она избегала всяческих приемов, но три месяца — срок достаточный. Избиратели вновь желали видеть ее такой же активной и деятельной, какой она была до трагической смерти сына.

— Мы обязательно пойдем вместе, — отрезал супруг. — Ты станешь королевой бала. Навсегда.

— Но…

— Никаких «но». Я уже устал извиняться в связи с твоим отсутствием. Надо продолжать жить, Ванесса. Прошло уже двенадцать недель.

— А есть ли предел горю? — язвительно спросила она.

Он проигнорировал ее саркастическое замечание.

— Сегодня вечером ты предстанешь перед всеми такой же элегантной, как и прежде. Будь просто обаятельной, улыбайся, и все будет хорошо.

— Я ненавижу всех этих людишек, взирающих на меня с жалостью и не знающих, что сказать. А когда кто-нибудь все же решится, то это так банально, что прямо кричать хочется.

— Просто поблагодари их за участие, и все.

— Боже! — выкрикнула она сдавленным голосом. — Как ты можешь!..

— Потому что должен, черт подери! И ты должна. В его взгляде сквозила такая уверенность, что Ванесса, попятившись, села на диван. Пораженная, она пристально посмотрела на него.

Он отвернулся и когда снова заговорил, то в голосе его уже не чувствовалось раздражения.

— Мне нравится твое вечернее платье. Новое? Она опустила плечи, поникла. Наблюдая за ней в зеркало, Дэвид понял, что ее первоначальные намерения изменились.

— Я похудела, — пробормотала она. — Ни одно платье из моего гардероба больше мне не подходит.

В комнату постучали. Президент сделал несколько шагов вперед и распахнул дверь.

— А, Спенсер. Ну что, гости собрались? Спенсер Мартин быстро, через плечо Дэвида оглядел комнату. Увидев Ванессу и пустой бокал вина на столе, он ответил вопросом на вопрос:

— А вы готовы для встречи с ними? Президент сознательно оставил озабоченность советника без внимания.

— Ванесса волнуется, словно перед выходом на сцену, но, как ты уже убедился ранее, она сможет совладать с собой.

— Может, поторопим ее, если, конечно, она не передумала.

— Вздор! Она пойдет, как и обещала. — Он повернулся к жене и протянул руку. — Как ты, дорогая?

Она поднялась и медленно, не поднимая глаз, двинулась к двери.

Одной из основных черт характера Дэвида была способность игнорировать то, что он не желал замечать, например, взаимную неприязнь его жены и главного советника. Чтобы прервать затянувшееся молчание, он спросил:

— Не правда ли, Спенс, сегодня она выглядит просто великолепно?

— Согласен, мистер президент.

— Спасибо, — холодно поблагодарила Ванесса. Выйдя в коридор, она взяла мужа под руку и спросила:

— Так Далтон ответит Барри Трэвис?

— Барри Трэвис, репортер? — вклинился в разговор Спенсер. — Какие проблемы? — Он вопросительно посмотрел на президента.

— Она просила Далтона об интервью с Ванессой.

— О чем-то конкретном или в общем?

— СВДС, — ответил президент.

Барри пребывала в приподнятом настроении. Она трещала без умолку, несмотря на то что рядом крутился только Кронкрайт.

— Я была там с мужчиной. Да не волнуйся ты так!

Это веселый парень, и у нас с ним обычное деловое соглашение. Его пригласили на прием, и ему нужна была спутница, в результате я получила возможность напрямую переговорить с президентом и первой леди. Так или иначе, но я попала на прием, и, когда президент с супругой обходили приглашенных, он пожал мне руку и, клянусь Богом, произнес: «Мисс Трэвис, благодарю вас за то, что смогли прийти. Мне доставляет удовольствие видеть вас в Белом доме. Сегодня вы так и сияете».

В самом деле, я не помню дословно все, что он наговорил, достаточно только сказать, что президент обращался со мной не как с незнакомкой и уж совсем не как с обычным репортером! Думаю, даже Барбара Волтерс не смогла бы встретить более теплого приема.

Кронкрайт широко зевнул и еще удобнее развалился посреди кровати.

— Я что, тебе наскучила? — спросила Барри. — Похоже, ты не понял всей важности предстоящего интервью с первой леди. Это будет первое эксклюзивное интервью, которое она даст, с тех пор как потеряла ребенка.