– Приятно, когда ты всем так нужен, – буркнул Крейс.

– На самом деле вы и еще кое-кому нужны. Мой босс мистер Грир, помощник директора, курирующий Управление уголовных расследований, очень хотел бы знать, почему другой помощник директора, мистер Марченд, курирующий Управление контрразведки, обратился на самом высоком уровне в министерство юстиции с просьбой задействовать знакомую вам личность, которая сегодня утром похитила вашу дочь и едва не убила двоих моих агентов. Могла бы и троих, если бы Дженет вовремя не проснулась...

– Вопрос не ко мне, – рассеянно пробормотал в ответ Крейс.

Сейчас разговор с резидентом ФБР стал пустой тратой времени, ему надо срочно придумать способ связаться с Мисти. Оттягивать неизбежное не имело смысла: он знал, какую сделку она ему предложит.

– Вы слушаете, мистер Крейс? – нетерпеливо окликнул его Фансворт.

– Да-да, только, говорить нам, по-моему, не о чем, мистер Фансворт. – Крейс не сводил глаз с по-прежнему медленно вращающейся спирали вентиляционного короба на крыше хорошо видного ему бункера.

– Вы не совсем правы, мистер Крейс. Я имею полномочия уладить ваши проблемы в связи с делом Джереда Макгаранда и аварией на парковой автостраде. Наши вышестоящие инстанции уверены, что разобраться в том, что затеяли Беллхаузер с Фостером, куда важнее всего остального. Они также считают, что вся эта заваруха как-то связана с имеющимися у вас... сведениями.

«Еще как, даже больше, чем ты думаешь», – хмыкнул про себя Крейс, заставляя себя сосредоточиться на том, что говорит Фансворт. Итак, он вновь оказался перед тем же выбором, что и пять лет назад: или молчишь, или подумай о дочери.

– Мистер Крейс?

– Боюсь, вы ничем не сможете мне помочь, мистер Фансворт, – решился Крейс. – Мне нужно вызволить мою дочь. Уверяю вас: ни вы, ни ваш босс, ни даже его босс не способны справиться с теми силами, что стоят за всем этим.

– Мне сообщили, что данным делом занимается лично директор ФБР, мистер Крейс.

– Я уже все сказал.

– Помощник директора Грир говорит, что вся эта катавасия связана с делом китайских шпионов в ядерной лаборатории. Это правда?

Крейс в изумлении вздрогнул. Об этом же никто не знает. Кроме них.

– Мистер Крейс? Грир говорит, в ходе выполнения заданий ЦРУ вы собрали информацию о том, что расследование в ядерной лаборатории тормозилось из-за участия китайского правительства в финансировании предвыборной кампании в Соединенных Штатах.

– Эй, мы говорим открытым текстом по незащищенной линии, – встревоженно предупредил совершенно ошеломленный Крейс. Такого знать не мог никто.

– Грир говорит, вы согласились уйти в вынужденную отставку и дать подписку о неразглашении, – гнул свое Фансворт. – Вот только не понимает почему. Официальной причиной называли вашу причастность к массовому самоубийству в семье Гловера. Теперь он думает, что за этим кроется что-то другое.

Голова у Крейса пошла кругом. Свои обязательства он выполнил полностью, нигде и никогда не обмолвился ни единым словом. Уехал сюда, чтобы заботиться о дочери и обеспечивать ее до завершения обучения. Если бы не эта дикая случайность, не этот полудурок Макгаранд, свихнувшийся на миссии возмездия, он так и сидел бы сиднем у себя в хижине, созерцая деревья. Это они нарушили соглашение. Разве что...

– Мистер Крейс? Моему начальству крайне желательно ознакомиться с вашими сведениями и выяснить, какие у вас есть доказательства. В обмен на это они готовы забыть все остальное – слышите? – все без исключения. Думаю, мы можем помочь вам вернуть вашу дочь, но только при условии, что будем располагать достаточными аргументами для нажима на уровне правительства.

– Вы ее не знаете, – отрешенно проговорил Крейс. Высоко над его головой залилась всполошной трелью какая-то голосистая птичка.

– Что-что, мистер Крейс? Кого это мы не знаем?

– Ту, что похитила Линн. Теперь это мое личное дело. Единственный известный мне способ вернуть Линн живой и здоровой – это предложить ей себя в обмен на мою дочь. А вы с вашей конторой можете только помешать.

– Ошибаетесь, мистер Крейс. Дайте моим боссам то, что им нужно, и они вынудят ее начальство вернуть вам вашу дочь. Эфраим Гловер мертв, так что ЦРУ сейчас незачем скрывать, какими делишками он занимался, покойник вот уже пять лет вне досягаемости правосудия. И неприятности будут не у ЦРУ, а у министерства юстиции и у тех, кого они завербовали у нас в ФБР. Думаю, ЦРУ станет куда сговорчивее, когда наш директор пригрозит им обнародованием скандальной истории с китайцами.

Крейс задумался. Сумеет ли он сам справиться с Мисти? Сможет ли он ее хотя бы найти? И что будет с Линн, если ему это удастся?

– Вы были специальным агентом ФБР, мистер Крейс. Знаете, как мы работаем. Мы власть, мы сила. Нас легион, мы подавляем численным преимуществом. Увы, ЦРУ тоже. Они вас разыщут, и тогда вам конец. Если они вас схватят, остаток жизни вы проведете в одиночке, причем не обязательно в нашей стране.

Трубку взяла Картер.

– Послушайте, вы обещали молчать в обмен на безопасность вашей дочери. Они нарушили свои обязательства. И теперь вы получили в руки оружие, которого раньше не имели. Так почему бы вам его не использовать?