Покончив с этой работой, Крейс надел темные очки. Их линзы были покрыты защитным слоем, не пропускающим спектр излучения разрушителя глазной сетчатки, который могла бы применить Мисти, сумей она подобраться к нему на достаточно близкое расстояние. Натянув перчатки, он, стараясь не шуметь, поползал по дну коллектора, ощупывая усыпавший его разнообразный мусор. Наконец нашел металлическую пластину размером примерно с квадратный фут и сунул ее в накладной карман поближе к груди. Привалившись спиной к стене, пристроил на голове наушники, отхлебнул из пластиковой бутылки несколько глотков воды, включил прибор и, закрыв глаза, стал слушать ночную тишину. С какой стороны появится Мисти, он мог только гадать. Слабо светящееся кольцо в развалинах электростанции вроде бы означало, что она находится там. Однако это вполне могло быть и отвлекающим маневром с ее стороны. Крейс дотронулся до рукоятки пистолета, жалея о том, что так и не нашел запасной обоймы.

Он не обманывал себя иллюзиями относительно характера задания Мисти. Она охотится за Крейсом отнюдь не затем, чтобы доставить его в ЦРУ. Она здесь для того, чтобы его убить. Он почти не сомневался, что приказ на его ликвидацию Мисти получила сразу, как только в штаб-квартире ЦРУ узнали об исчезновении Линн. Они прекрасно осознавали, что, поскольку Линн уже нет в живых, а подобный вывод после долгих, но тщетных поисков представлялся вполне логичным, у Крейса не остается причин соблюдать свои обязательства и хранить молчание. Более того, не исключено, что он мог заподозрить ЦРУ в организации похищения Линн, что, безусловно, побудило бы его выступить в отместку с грозящими невообразимым скандалом разоблачениями. В любом случае живым он ЦРУ не нужен, таких свидетелей просто убирают.

В стетоскопе послышался тихий, но отчетливый щелчок.

Дженет стояла у окна их номера на четвертом этаже отеля. Линн прямо в одежде улеглась на кровать и не отрываясь смотрела на мерцающий экран телевизора с выключенным звуком. На столе стояли тарелки с остатками обеда, который они заказали в номер. Со своего места Дженет могла видеть студенческий городок, теснящиеся друг к другу учебные корпуса, похожие на бараки общежития, на удивление много прохожих, деловито снующих между ними муравьиными цепочками. Типичный технический колледж, подумала она – лаборатории заполняются поздним вечером, когда никто не помешает вдоволь посидеть за компьютером.

Прибыв к себе в контору, Фансворт долго беседовал с Линн Крейс, а потом на полтора часа заперся в секторе защищенной связи, не допустив туда даже дежурного оператора. Освободившись, распорядился поместить Дженет и Линн в отель, где в наружном карауле должны были находиться четыре агента ФБР.

Дженет считала, что им-то с Линн как раз ничто не грозит, Мисти сейчас не до них. Реальная опасность нависла над Крейсом. Она до хрипоты убеждала босса, что им крупными силами необходимо вернуться в арсенал и вызволить Крейса. Фансворт был непреклонен: они свое дело сделали. И в данный момент Грир с толпой клерков из канцелярии директора ФБР небось вовсю шерстят архивы Управления внешней контрразведки. Не исключено, что, как только они найдут вожделенный документ, грянет жуткий скандал, особенно громкий в свете надвигающихся выборов. Однако скорее всего, как и предсказывал Крейс, на самом верху в министерстве юстиции в частном порядке будет по-тихому заключена тайная сделка и ФБР обретет небывалую свободу действий.

По дороге из отделения ФБР в отель Линн не проронила ни слова. Дженет вкратце пересказала ей свой разговор с Крейсом, девушка лишь молча кивнула. Линн, похоже, была глубоко уязвлена тем, что ФБР бросило ее отца на растерзание. Когда Фансворт распорядился, чтобы оперативная группа возвращалась в Роанок, она посмотрела на него так, что тот неожиданно даже для самого себя вспыхнул багровым румянцем. Сейчас Дженет и Линн было приказано безвылазно сидеть в отеле, из номера ни ногой, и ждать развития событий в Вашингтоне, если таковое будет иметь место. БАТО продолжало разыскивать Макгаранда, но чокнутый террорист бесследно исчез.

Дженет испытывала смешанные чувства. Да, Крейс освободил дочь из лап той кошмарной твари. Боссы в ФБР получат почти безграничную власть над их мучителями в министерстве юстиции. Хотя у них может ничего и не получиться, учитывая то обстоятельство, что нынешняя и без того скомпрометированная администрация доживает последние месяцы своего пребывания у власти и терять ей, считай, уже нечего. Фансворт сообщил Дженет, что представит ее к награде, и предложил подумать о возвращении в Вашингтон, на работу в штаб-квартире. Дженет, однако, не была уверена, что ей хочется этого. Опять «дворцовые игры», как сказала та гадина, к тому же смертельно опасные. А то, что Грир сделал с Крейсом, просто бесчестно, стыд и позор!

Она обернулась, почувствовав на себе пристальный взгляд Линн. В нем не было ничего трагического, лишь тревога и едва уловимая надежда. Они посмотрели друг другу в глаза и поняли все без слов.

– А что, если нам вернуться? – решившись, предложила Дженет. – Поискать вашего отца?

– Давно бы так, специальный агент, – подскочила на кровати Линн. – Лишний пистолетик у вас найдется?

Крейс провел ладонью по раструбу стетоскопа, уточняя, куда он направлен. Чуть правее воображаемой прямой, соединяющей коллектор и электростанцию. В течение трех часов он дремал, умение отключаться было частью его профессии. Мышцы спят, мозг работает. Восстанавливай силы, пока бодрствует тот участок серого вещества, который сортирует звуки с присущей подсознанию загадочной точностью. Крейс взглянул на часы. До полуночи двадцать минут. Tenebrae factae sunt. Настала тьма. Вот уж что правда, то правда, темень вокруг, ни зги не видать. Ноги затекли, и он поерзал на холодном полу, устраиваясь поудобнее. Минут через десять услышал еще один щелчок, потом легкий шорох осыпающихся камешков. Мисти?

Он прижался левым плечом к стене, правая ладонь легла на рукоять пистолета. Сейчас весь вопрос в том, сколько людей осталось в ее распоряжении. Та группа, что преследовала Дженет и Линн в горах, не вернулась. Все погибли? Это должно было привести Мисти в ярость: подумать только, получить подобную оплеуху от какой-то дилетантки, к тому же еще и рыжей. Успела ли Мисти вызвать подмогу? С ней даже один на один нелегко справиться, а уж если у нее будут подручные, то и вовсе невозможно.

Щеки погладило легчайшее дуновение ветерка – погода, видно, меняется. Щелчок, на этот раз не такой отчетливый. Он плотнее прижал наушники к голове. Мисти будет терпеливо выискивать его, ориентируясь по зеленоватому пятну на экране ее прибора, регистрирующего тепловое излучение. Прошла минута, за ней другая. Едва слышное шуршание, словно по камню провели лоскутом грубой ткани... Пора действовать, решил Крейс.