Шрифт:
Неужели он опоздал?
Один страх уступил место другому.
Обезумев от ужаса, он сунул руку в землю и радостно вскрикнул.
Тело по-прежнему лежало тут.
Господин Жерар ощутил в пальцах мягкие шелковистые волосы мальчика, испугавшие когда-то Сальватора.
Преступник же успокоился…
Он стал копать.
Отведем взоры от его отвратительного занятия!
Вдохнем свежего воздуху!
Полюбуемся прекрасными звездами – золотой пылью, летящей из-под ног Всевышнего.
Прислушаемся, не донесется ли до нашего слуха в эту ясную ночь сквозь неизмеримые пространства эфира небесное пение ангелов, прославляющих Бога?
Мы еще успеем вновь обратить взгляды на землю, когда бледный и трясущийся негодяй выйдет из темной рощи с лопатой в одной руке, а в другой неся нечто бесформенное, завернутое в его плащ.
Что же он ищет, затравленно озираясь и мигая маленькими глазками?
Он ищет надежное место для своего мрачного груза.
Господин Жерар прошел не останавливаясь в другой конец парка, там опустил сверток наземь и взялся за лопату.
Но, копнув несколько раз, покачал головой и пробормотал:
– Нет, нет, не здесь!
Он снова поднял плащ, прошел около ста футов под деревьями, снова остановился, засомневался…
Потом еще раз покачал головой:
– Слишком близко от предыдущей могилы!
Наконец его осенило.
Он снова поднял сверток и торопливо пошел дальше.
Теперь он направился к пруду: на сей раз он не боялся увидеть на его поверхности призрак.
Дело в том, что призрак был завернут в плащ, и негодяй крепко держал его в руках.
На берегу пруда он положил плащ на траву и начал развязывать сверток.
В это мгновение издали донесся жуткий вой.
Это на соседней ферме выла какая-то собака.
– Нет, нет! – крикнул он. – Не сюда, не сюда! Собака уже вытащила его отсюда однажды… И потом, когда будут чистить пруд, найдут скелет… Что же делать?.. Боже мой, надоумь меня!
Его молитва, казалось, достигла небес, словно она не была кощунством.
– Да, да, – пробормотал негодяй. – Верно!
Как бы тщательно он ни спрятал останки в парке Вири, их могли обнаружить снова.
Господин Жерар должен унести их с собой и закопать в своем ванврском саду.
В Ванвре г-на Жерара больше чем где бы то ни было считали честнейшим г-ном Жераром.
Он снова взялся за плащ, однако оставил лопату и поспешил к воротам парка, выходившим к мосту Го до.
У него был ключ от этих ворот, и он отпер их без малейшего труда.
Странное дело! С тех пор как он завернул скелет мальчика в плащ, ужас перед сверхъестественным словно отступил.
Правда, он уступил место страху, и честнейший г-н Жерар ничего не потерял при этом обмене.
Заперев ворота, г-н Жерар двинулся напрямик через поле, чтобы как можно скорее выйти на проезжую дорогу.
Роланд уже показал нам, где прошел г-н Жерар.
Барнабе сдержал слово: он ждал вместе со своим фиакром в условленном месте.
И не просто ждал, а крепко спал на козлах. Однако, когда г-н Жерар отворил дверцу, карета покачнулась и кучер проснулся.
– Хм! Это вы, милейший? – спросил Барнабе.
– Я, не беспокойтесь, – отозвался г-н Жерар.
– Хотите я положу ваш сверток к себе на козлы? Похоже, он вам мешает? – предложил кучер.
– Не надо, не надо! – в ужасе закричал г-н Жерар. – Это редкие растения, с ними надо обращаться крайне бережно; я положу их к себе на колени.
– Ну, как хотите… Куда едем?
– В Ванвр, – приказал г-н Жерар.
– Будь по-вашему! – крикнул кучер и огрел лошадей кнутом.
Тяжелая карета тронулась с места.
Вот как случилось, что Сальватор не обнаружил под большим дубом недалеко от рощи скелет, за которым он приходил.
XLVII.
Любитель живописи
Любителей, приходивших в мастерскую к Петрусу, одни – из чистого любопытс! ва, другие – с определенным желанием что-нибудь купить, приходило так много, что у входа постоянно стояла очередь.
Распродажа должна была состояться в ближайшее воскресенье, то есть через три дня.
Теперь был четверг.
Около одиннадцати часов утра мастерская напоминала морской прилив.
Людские волны набегали одна на другую, поднимаясь все выше и с шумом разбиваясь.
Зато в соседней комнате царили покой, неподвижность, безлюдность.