Когда Андре вернулся к стойке бара, Поль быстро подошел к столику Лизетт и сел напротив нее.

— Слышал о ваших гостях. Ну как, очень тяжело?

Девушка откинула с лица темный локон.

— Терпимо, — ответила она, но глаза ее потемнели от гнева. — Майор Мейер расположился в замке, а его солдаты — в домиках для прислуги.

— Теперь за тобой будут тщательно наблюдать, а это затруднит дело, — сказал Поль, думая о важных поездках Лизетт в Байе и Тревьер.

— Вряд ли, — возразила Лизетт, — никто не обращает на меня внимания. Да и с чего им интересоваться мной? Майор не получает распоряжений из отделения гестапо во Вьервиле, а подчиняется непосредственно фельдмаршалу Роммелю.

Поль огляделся. Андре стоял спиной к ним и, насвистывая, переставлял что-то в баре, старик за соседним столиком дремал.

— В его задачу входит укрепление береговой обороны, — сообщила Лизетт. — Три дня назад Роммель заявился в Вальми. Они с майором около часа провели в столовой. Там полно карт, Поль, я в этом уверена. Да, карты и планы.

Поль полез в карман за сигаретами и спичками. Лизетт продолжила:

— Майор приказал врезать замки в двери столовой, возле нее круглосуточно дежурит часовой. Поль, там должна храниться очень важная информация. Приезд Роммеля — отнюдь не светский визит.

Поль задумчиво посмотрел на Лизетт. Он прекрасно понимал, что она предлагает, однако у девушки совсем нет опыта, и если ее поймают… Поль отогнал воспоминания о судьбе целой ячейки, арестованной и расстрелянной гестаповцами в Кане, потому что в их цепочке оказалось слабое звено.

— Это слишком опасно. — Поль сделал несколько коротких быстрых затяжек. Он лихорадочно размышлял. Если догадки Лизетт верны, то информация, к которой имеет доступ майор Мейер, поистине бесценна. Добыв ее и передав в Лондон, можно обеспечить успех долгожданной высадки союзных войск. Но если из этого ничего не выйдет, мечта нацистов о тысячелетнем рейхе обретет очертания мрачной реальности. Поль похолодел. И все-таки Лизетт слишком молода и неопытна для такого ответственного задания.

— Подготовленный агент мог бы проникнуть в замок под видом служанки или кухарки, — напряженно заметил Поль.

— Это ничего не даст. Появление нового человека сразу вызовет подозрения.

— Должно дать, — раздраженно бросил Поль. — Нам надо узнать, что задумали эти дьяволы и много ли им известно о планах союзников.

— Но то, что Роммель сосредоточил внимание на Нормандии, нам только на руку. Ведь всем известно, что высадка произойдет в Па-де-Кале.

Поль Жильес взглянул ей прямо в глаза:

— Никто не знает, когда и в каком месте произойдет высадка. Но если… если Лис Пустыни [2] точно угадает место операции, произойдет катастрофа.

Хотя Лизетт надела теплое пальто, ее пробрала дрожь. Казалось, будущее Франции зависит от нее и Поля.

— Майор слишком подозрительный и проницательный человек, он не возьмет в замок новую служанку или кухарку, даже самую хорошенькую. — Лизетт крепко сжала пальцы, вспомнив тот мучительный момент в спальне отца, когда суровые серые глаза майора буквально раздевали ее. И тем не менее он сразу понял, зачем она пришла в его комнаты. — Майор сразу насторожится и так усилит охрану, что даже мышь не прошмыгнет в столовую. — Лизетт подалась к Полю. — Папа уже начал входить в доверие к нему. Майор пригласил его сегодня вечером на коньяк. Поль, если папе удастся помочь нам, он это сделает. Он мне пообещал.

Поль нервно стряхнул пепел. По его мнению, граф и раньше мог бы хоть чем-то помочь им. А распивать коньяк с немецким офицером — это скорее сотрудничество, чем разведка.

— Если твой майор один из любимчиков Роммеля, то информация, к которой он имеет доступ, чрезвычайно важна. И мы должны раздобыть ее. Но твой отец не участвует в Сопротивлении, у него нет опыта подпольной работы. Нет, такое задание может быть поручено только одному из наших.

Глаза Лизетт гневно сверкнули.

— Он вовсе не мой майор, Поль Жильес! А вот отец, безусловно, заслуживает доверия. Я ручаюсь за него.

Поль криво усмехнулся:

— Доверившись твоему отцу, мы все поставим на карту свои жизни.

Гнев Лизетт поутих. Поль прав: ею руководит сердце, а не разум. Засунув руки в карманы пальто, девушка посмотрела на улицу через открытую дверь кафе. На противоположной стороне площади сидел немецкий солдат на мотоцикле. Пожилые женщины расстались и потащили свои сумки по домам. Мадам Пишон торопливо направлялась к дому Тельеров. Видимо, у молодой мадам Тельер начались схватки.

Целую неделю Лизетт ждала встречи с Полем, надеясь получить от него задание. Но сейчас она уже не нуждалась в советах Поля. Лизетт не сомневалась, что они с отцом справятся и без его помощи. Поль должен только отправлять союзникам любую информацию, добытую ими, по надежным каналам. Она вздохнула. Нет, Поль и в этом прав. Ни у нее, ни у отца нет опыта подпольщиков. Одна попытка Лизетт уже с позором провалилась, и неизвестно, увенчается ли успехом попытка отца. Да, тут нужен специалист, а она обязана оказать Полю необходимую поддержку.

Оторвав взгляд от немецкого солдата и освещенной солнцем площади, Лизетт снова посмотрела на Поля.

— Что же от меня требуется? — спросила она, как бы признавая свое поражение и его правоту.

Поль усмехнулся. Секс мало интересовал его, однако он отдавал должное обаянию Лизетт. Прямота и честность этой девушки восхищали Поля, как, впрочем, и длинные ресницы, оттеняющие безукоризненную белизну кожи. Если бы Поль хоть на минуту заподозрил, что Лизетт относится к нему не только как к старшему брату, он без колебаний порвал бы с холостяцкой жизнью.