Внезапно он отпрянул, заглянул в ее затуманенные страстью глаза.

— Ну?

— Разве я смогу когда-нибудь забыть об этом? — еле слышно проговорила она.

Он радостно улыбнулся.

— Ах, Мелисса, ты просто удивительная — совсем другая! — И вдруг лицо его помрачнело.

— Джеффри, что случилось?

Он встал, сунул руки в карманы и стал озабоченно ходить по комнате.

— Прошу тебя, Джефф, скажи мне, о чем ты думаешь!

Он резко повернулся к ней; на лбу у него залегли морщины.

— Ты знаешь, что после падения с лестницы ты страшно изменилась. Стала другим человеком.

— Я понимаю.

— Дело в том, что такая ты мне нравишься! — решительно выдохнул Джефф.

Она улыбнулась.

— И мама говорит то же самое. Ну так в чем же дело?

— Дело в том, что… — Он нервно стиснул кулаки. — Черт, какой я мерзавец! Но я не хочу, чтобы ты выздоравливала.

Она ошеломленно смотрела на него.

— Не понимаешь? — Он подошел к ней и проговорил сквозь стиснутые зубы: — Когда к тебе вернется память, ты снова станешь Мисси!

— Нет, Джефф, я никогда больше не стану Мисси, — ласково успокоила она его.

Он смотрел на нее с благоговением, не веря своим ушам.

— Как можешь ты быть так уверена в этом?

Она грустно рассмеялась.

— Придется тебе поверить.

— Поверить тебе? Обожаю тебя, — прошептал он пылко, властно привлекая Мелиссу к себе и снова целуя. Она тотчас вернула ему поцелуй, пробежав руками по его совершенной спине.

Он чуть отстранился, устремил на нее затуманенный взгляд и сказал:

— Чертовски трудно понять, как это я влюбился с первого взгляда в женщину, которую знал всю жизнь.

— Влюбился с первого взгляда? — переспросила она дрожащим голосом.

Он поцеловал ее в лоб.

— Давай назначим новую дату нашей свадьбы, дорогая, — прямо сейчас.

Мелисса тотчас вспыхнула от радости, но спустя мгновение лицо ее омрачилось: она вспомнила свою жизнь в прошлом и тех, кого она там оставила.

— В чем дело, любимая? — удивился Джефф.

— Подожди немного, — жалобно попросила она. — Все это так ново для меня… а в голове у меня по-прежнему кошмарная путаница.

— Но я по-прежнему нужен тебе? — вдруг забеспокоился он.

— Ах, конечно, Джеффри! — выдохнула Мелисса — Возможно, я еще не очень хорошо тебя знаю, но ты мне нравишься, и я тебе верю…

В его глазах вспыхнула радость, смешанная с недоверием.

— Боже мой, Мелисса! — Он властно прижал ее к себе, и она ощутила, как по телу его пробежала дрожь. — Не волнуйся, дорогая, мы не станем торопиться, мы будем заново узнавать друг друга. Все время в мире принадлежит нам.

Мелиссу должен был бы охватить восторг, но вместо этого она внезапно побледнела. Что, если все время в мире вовсе не принадлежит им с Джеффом?

Что, если эта удивительная новая жизнь здесь будет отнята у нее так же внезапно, как была дарована?

— Доброе утро, ма, па.

Сидевшие за обеденным столом Джон и Лавиния Монтгомери вопросительно взглянули на Мисси, стоявшую перед ними. Оба пока еще не привыкли к странной манере дочери одеваться и не менее странной манере обращаться к ним.

— Ты не лучше себя чувствуешь, Мелисса? — торопливо подошла к девушке Лавиния.

— Меня зовут Мисси, и да, кое-что прояснилось, — ответила та.

Лавиния вытаращила глаза, рассмотрев наконец немыслимое одеяние дочери — бальное платье из зеленого муара с большим декольте.

— Не… э-э-э… странноватый туалет для утренних часов, дорогая?

Мисси пожала плечами, потрогав бант на широченной юбке.

— Я решила, что именно так одеваются красавицы Юга. Ведь в «Унесенных ветром»…

— Унесенных чем? — в замешательстве повторила Лавиния.

Мисси тяжело вздохнула.

— Да ладно, не важно. Просто я хочу сказать, ма, что переодеваться не намерена. И без того жутко трудно было влезть в это бальное платье, не говоря уже об этом пыточном устройстве — корсете. Короче, я не желаю снова подвергать себя мучениям.

Впервые в жизни Лавиния не нашлась с ответом, К ним подошел улыбающийся Джон.

— Ах, Винни, да пусть девочка одевается как хочет, — упрекнул он жену. — Я так страшно рад, что она опять на ногах.

— Спасибо, па. — И Мисси окинула комнату взглядом. — А где ба?