— Ну да, правильно, ее хозяин живет в первом подъезде.

— Не в первом, а в третьем, в 165-й квартире.

Сто шестьдесят пятая квартира была на шестом этаже.

Дверь Славиной квартиры напоминала парадный мундир, она сверкала полированным деревом, сияла бронзой ручек, переливалась яркими, как пуговицы, головками замков. Олег осмотрел дверь и стал, прислонившись к косяку. Шло время, а Сытина не было. И Олег начал думать о том, как щенок проснется ночью, и придет к его кровати, и заскулит тонко-тонко, и в квартире сразу станет совсем обжито.

Наконец с шумом распахнулась дверь, и из лифта выскочил Леня.

— Олег Сергеевич…

— Тише.

— Значит, так, Коробков Вячеслав Иванович, шофер. Раньше работал на международных перевозках, сейчас переведен на внутренние рейсы.

— За что переведен?

— За драку.

— Понятно. С кем говорил?

— С их кадровиком. Вообще характеризуется положительно, но скрытен.

На работе друзей не имеет, бывший мастер спорта по боксу.

— Людей вызвал?

— Да.

— Пошли, приготовь оружие. А то мастер спорта…

— Но ведь вы тоже…

— Когда это было! — Олег надавил на звонок.

За этой дверью тоже слышалась музыка, и Олег на секунду позавидовал всем, кто может днем сидеть дома и слушать музыку. На одну секунду, не больше, потому что дверь отворилась.

— Вы к кому? — спросило очаровательное существо лет девятнадцати. Оно было скорее раздето, нежели одето. Тонкая кофта, завязанная узлом на животе, и плавки. Все.

— Мне нужен Коробков Вячеслав Иванович.

— А вы кто?

— Я-то из милиции, — Олег достал удостоверение, — а вы кто?

— Странно это, — заносчиво сказала девушка, — странно. Слава рассердится, и у вас неприятности будут. Я его невеста.

— Я это постараюсь пережить, — Олег шагнул в квартиру. — Где Коробков?

— В командировке, в Вене.

Название города было произнесено значительно, с придыханием.

— А где он работает? — спросил Сытин из-за спины Наумова.

— В Министерстве внешней торговли, — гордо ответила девушка.

— Кем? — усмехнулся Наумов.

— Ответственным работником.

— Интересная должность. А кстати, невеста, вы-то здесь прописаны?

— Какое это имеет значение?

— Для нас очень большое.

Они вошли в прихожую и закрыли дверь. Веселенькая прихожая была у «ответственного работника» Внешторга Коробкова. Стены сплошь обклеены обнаженными девицами, призывно глядевшими на вошедших с глянцевых листов календарей.

— Значит, так, уважаемая невеста, вы оденьтесь и паспорт принесите.

Девушка возмущенно пожала плечами и скрылась в комнате. Она появилась через несколько минут, надев на себя брюки, более напоминающие нижнюю половину десантного костюма.

— Вот, — она протянула паспорт.

— Лякина Евгения Степановна, год рождения 1965-й, место рождения — город Минск, прописана в Москве, улица Бутлерова, 16, квартира 35. Незамужняя, — прочел Леня Сытин.

— А вы где работаете, Евгения Степановна? — поинтересовался Наумов.

— Пока в парикмахерской на улице «Правды».

— Кем?

— Мастером.

— Почему пока?

— Потому что мы расписываемся и уезжаем за «бугор».

— Куда, куда? — улыбнулся Наумов.

— Ну, за границу.

— А почему за «бугор»?

— Так Слава говорит.

— Занятно, куда же именно собрались вы со Славой? В какую страну?

— За границу, — гордо ответила Лякина.

И Олег понял, что для нее нет географических понятий. Есть вожделенная «заграница», там продаются дубленки и брюки «бананы», часы «Сейко», видеосистемы.

— Хорошо, к этому мы вернемся позже. Вы давно знаете Коробкова?

— Давно, — ответила Лякина.

— Год, два?

Она наморщила лобик, что-то мучительно просчитывая в уме:

— Двадцать дней.

— Ну что ж, в наш стремительный век — это срок. Что вы можете рассказать о нем?

— Ничего.

— Почему?

— Не имею права.

— То есть?

— Он ведь на секретной работе. Когда мы вместе жить стали, он у меня расписку взял.

— Какую? — изумился Наумов. С таким в своей практике он сталкивался впервые.