– Придется поверить, – твердо произнес он.

– Фрэнк! – Она протянула к нему руки. – Но ты же всегда говорил, что любишь меня!

– Я ошибался. Я понял, что мои чувства к тебе – наваждение. Я был просто излишне впечатлительным, а ты казалась мне такой недоступной...

– Но я перестала быть недоступной год назад!

– Знаю. – Его губы дрогнули в злой усмешке. – Но разве ты никогда не удивлялась, почему я не воспользовался этим? Я не уверен, что после смерти отца мог бы держаться на расстоянии, если бы действительно любил тебя.

Фрэнк опасался, что Дина не справится со своими чувствами. Но она довольно быстро овладела собой и сейчас смотрела на него, недобро сощурив глаза.

– И ты рассказал ей об этом?

– Элис? Да. Она знает, что мы никогда не были любовниками. Я объяснил, что когда мой отец умер...

– А я рассказала ей, что мы были любовниками! – злорадно прервала его Дина и торжествующе улыбнулась, увидев, как он побледнел. – Мы немного поболтали сегодня утром до приезда такси. Бедняжка страшно нервничала. Знаешь, она так и не решилась меня ни о чем спросить.

Фрэнк поморщился, представив себе, как Дина играла с Элис, словно кошка с мышью.

– Как давно ты обо всем узнала?

– О чем, дорогой?

– Что Элис – твоя дочь, разумеется!

– А... – Дина равнодушно пожала плечами. – Только позавчера. Признаться, я начала кое о чем подозревать с тех пор, как ты сказал мне, что мы с ней похожи. Хотя лично я никакого сходства не замечала. А кроме того, Элис не такое уж распространенное имя. Не понимаю, почему она не изменила и его. Короче говоря, я решила ее проверить.

Фрэнк почувствовал, что у него участилось дыхание.

– Но как?!

– С помощью частного детектива, дорогой. Я же не могла сама поехать в Хьюстон!

– Ты наняла его здесь, на острове?

– А почему бы и нет? В городе полно детективных агентств, и работают они, как видишь, довольно оперативно. Выяснить настоящую фамилию моей секретарши не составило труда. Между прочим, детектив сообщил мне, что Элис вовсе не собиралась увольняться из университета, а просто взяла отпуск. Кстати, никакая она не ассистентка, а чуть ли не профессор – по крайней мере, читает лекции студентам. Как видишь, эта особа обманула нас обоих. Она приехала сюда под вымышленным именем, чтобы совать свой нос в мои дела!

Фрэнк глубоко вздохнул.

– Думаю, она имела на это право...

– Имела право?! – Дина была явно с ним не согласна. – Никто не имеет права выдавать себя за того, кем не является на самом деле! – воскликнула она, совершенно забыв, что именно этим занималась всю свою жизнь. – Когда я обнаружила истину, у меня было искущение высказать ей в лицо все, что я думаю! Кроме всего прочего, она жила в моем доме, ела мою еду...

– И делала твою работу, – резко оборвал ее Фрэнк, но Дина пропустила замечание мимо ушей.

– Это у меня было право требовать от нее объяснений! Но мне хотелось, чтобы она сама начала разговор. Я даже надела кольцо, которое подарил мне ее отец. Хотела посмотреть, заметит ли она его и хватит ли у нее мужества первой заговорить со мной об этом... Но она не заговорила!

Фрэнк сцепил зубы так, что на скулах заходили желваки.

– Я должен увидеть ее!

– Зачем? Чтобы она сказала, что потеряна для тебя навсегда? – Дина издевательски хохотнула. – Согласись, Фрэнк, едва ли она поверит хоть одному твоему слову. Тем более я сообщила ей, что на Рождество мы собираемся пожениться.

Щека Фрэнка нервно подергивалась, и он машинально потер ее. После разговора с мачехой прошла почти неделя, и большую часть этого времени он провел, пытаясь привести в порядок собственные дела.

Инстинкт подсказывал, что нужно немедленно лететь в Хьюстон к Элис, но умом он понимал, что, действуя импульсивно, может наделать много ошибок. Так же, как и он, Элис нуждалась в передышке. И еще Фрэнк признался себе в том, что боится встретиться с Элис лицом к лицу после всего того, что ей наговорила Дина...

Мачеха заявила, что, если он все-таки полетит в Хьюстон, то никогда уже не переступит порог ее дома. Фрэнк тут же начал упаковывать и вывозить свои вещи. Дина также угрожала найти другого издателя, но он больше не желал потакать ее капризам. Если она оставит «Мэтьюз и Тайлер», они это как-нибудь переживут, решил Фрэнк...

И вот теперь он в Хьюстоне смотрел из окна отеля на дождь и думал о том, что сказать Элис.

Фрэнк потратил день на то, чтобы найти университет, где она преподавала. Там выяснилось, что Элис приступит к занятиям не раньше осени. К счастью, ему сообщили ее адрес, и он решил, что поедет к ней немедленно. Фрэнк молил Бога, чтобы он помог ему разрушить зло, созданное лживым языком Дины.