А потом вернулся шум жуткого пира. Голос исчез, и только гулкий стук сердца напомнил мне о том, что все происходящее – не сон.

Ни секунды не задерживаясь, лишь вытерев рукавом пот со лба, я отвернулся от картины жуткого побоища и зашагал обратно к морю. Теперь мой путь известен. Дорога моя, извилистая и небезопасная, вела меня к морю и дальше, за Край Света.

Приморские города представляли собой еще большую картину разрушения и смерти.

Вампирам и боболокам не нужны пустые города. Мои шаги гулко разносились по пустынным улицам. Двери почти везде были сорваны, и бродяга-ветер бесцеремонно летал туда, куда раньше ему вход был строго заказан. И везде валялись кости. И все время, пока я находился в городе в поисках подходящего для путешествия по океану суденышка, грудь мою сжимала злоба, бессильная и яростная.

Почти все суда, застигнутые врасплох, были испорчены, и мне потребовалось довольно много времени, чтобы отыскать среди них более или менее сносное. Припасами для путешествия я запасся достаточно, так что, ни минуты не задерживаясь, смог выйти в море.

Я правильно сделал, что взял продукты и особенно воду, благо человеческую пищу нелюди не едят, ее запасы они не тронули. Лежа под парусом, я глядел на проплывающие облака и вспоминал пышные дворцы и лачуги нищих. Нелюди не пощадили ни тех, ни других.

Плавание было долгим и спокойным, и такими же долгими и спокойными были мои мысли. Не сразу, но все же мне удалось от размышлений о приморье перейти к мыслям о принцессе. Что было правдой, а что было ложью в рассказах о ней? А главное, какой во всем этом смысл? И какой смысл у этого парня-варркана прикрываться именно моим именем? Вопросы были сложны и непонятны, поэтому я не нашел ничего лучше, как завалиться спать. Сон -именно то состояние, когда ни тело, ни разум не волнуют никакие вопросы. Изредка я просыпался, чтобы проверить направление, перекусить и снова улечься в обнимку с завернутым в так и не выстиранные одежды мечом, под интересным именем «Лучший».

Я потерял счет дням, когда передо мной открылась зеленая полоска земли. Оставшееся до берега расстояние я преодолел еще до заката солнца.

Я спрятал кораблик в одном скальном ущелье и, зайдя немного в лес, дождался, пока солнце не замочит свой краешек в море. И только после этого тронулся в путь. Меня всегда больше привлекала темнота. Место было примерно тем же, что и в первое мое посещение этого Края Мира. Довольно быстро, еще этой же ночью, я разыскал заросший холмик могилы матери Джека. Именно отсюда я и решил начать свой путь.

Для начала требовалось выяснить, что творится с политическим строем этого королевства. Вполне возможно, что во всей стране давно нет уже ни одного живого человека. Впрочем, ответ на свой вопрос я получил довольно быстро, по дороге к столице мне как раз попалось одно селение.

Как ни странно, поселок оказался обитаемым. Ревели коровы, сновали люди, в общем, все как обычно. Я даже засомневался: а не сказка ли все, что говорят про принцессу. Но лучший способ узнать правду, это увидеть ее собственными глазами.

Помня об этом и многом другом, я осторожно приблизился к крайнему дому. В хлеве томно жевала жвачку красавица-корова, рядом с ней лежали длиннорунные овцы. Ничего необычного. Прокравшись к окошку и найдя щелку в цветных занавесках, я бессовестно посмотрел вовнутрь. На кровати лежала какая-то женщина, с печи свисали детские пятки. Ну что ж, чтобы не пугать никого, визит нанесем утром.

Я обошел еще несколько дворов и везде видел одну и ту же, вполне нормальную картину. Может, и правда, все страшные слухи – только сказки?

Тем не менее я не стал торопиться во дворец, а решил дождаться утра, чтобы при солнечном свете порадовать людей своим прибытием.

Сидя на сеновале, я проверил снаряжение. Всегда нужно быть готовым. Проведя рукой по подбородку, я обнаружил, что щетина приобрела устрашающие размеры, и если я в ближайшие два дня не побреюсь, то вид у меня будет довольно неприветливый. Раньше я всегда брился ножом, но сейчас мои ножи явно не подходили для подобной цели. Того и гляди, зазеваешься и сам себе перережешь горло этими колдовскими ножами с молниями. Вообще-то я предполагал, что тут имеет место что-то вроде лазера, но мои познания в этой области ограничивались самыми поверхностными сведениями.

Вероятно, меня сморил запах сена, но я уснул как убитый. Разбудил меня крик петуха. Они здесь несколько иные, чем на земле. И крик их напоминает ослиный. Но не взирая на трудности с голосом, здешние куры несутся так же исправно, как и наши. Я быстренько сполз с сеновала и залез на стоящее рядом с домом дерево. Раскидистое такое дерево, как раз для меня – лазутчика и наблюдателя. Примостившись в развилке сучьев, я принялся ждать.

В доме послышалось дребезжание ведра, сопровождаемое кашлем, и вскоре из дверей появилась сгорбленная старушка. Набрав в колодце воды, она зашла обратно, и вскоре из трубы повалил дым. А потом запахло чем-то вкусным.