– Вот мы и должны лишить его этой возможности, – подвел черту Юнгеров.

…Когда все разъехались, Александр Сергеевич еще долго сидел в своем кабинете за письменным столом. Прикрыв глаза, он перебирал поэпизодно прошедший день. Он вспоминал фразы и выражения лиц Крылова, Ермилова, Дениса…

Когда перед его мысленным взором встало лицо Штукина, Юнгерова вдруг словно слегка кольнуло что-то под левую лопатку. Эта странная тень, которая мелькнула в глазах Валерия… Может, показалось?… Мгновение спустя Юнкерс со свойственной ему здоровой самоиронией осознал, о чем думает, и рассердился:

– Тень-плетень, – сказал он вслух. – Нервы… Все это нервы… Еще немного – и впрямь, как баба, начну от тени шарахаться…

Юнгеров открыл ящик стола и вынул из него фотографию Гамерника в рамке из карельской березы и поставил перед собой. Фотография была скачана из Интернета – с официального сайта концерна Гамерника.

Александр Сергеевич посмотрел на снимок и сказал совсем тихо:

– Бог – это любовь. А я не люблю тебя. Я не Бог и не ангел. Я – человек. А ты – блядь. Ну, а с блядьми – по-блядски…

В наступивших сумерках казалось, что лицо на портрете меняет выражение и улыбается…

Конец второй части